Агенты едут в местное отделение ФБР, где у меня берут отпечатки пальцев и образец ДНК и изымают телефон. Потом ведут в холодную комнату для допросов, где нет ничего, кроме стола, нескольких стульев, упаковки бумажных салфеток и графина с водой. На стене у меня за спиной – полупрозрачное зеркало.
– Ждите здесь, – приказывает Хэтч, и они с Пателом собираются выйти.
Я протягиваю руку к Хэтчу и едва не касаюсь его.
– Я ничего не помню. У меня амнезия.
Его ухмылка меня даже не злит.
– Если у вас и в самом деле амнезия, мисс Уорнер, то ждите большого потрясения.
Он закрывает за собой дверь.
Меня бросает в дрожь, в животе урчит. Они могли найти тело Вайолет. Могли найти на свалке мой джип. Я смотрю на запястье, где уже зажили отметины: злые голоса, кровь на белом ковре, сгорбленная фигура в окне.
Голова идет кругом, и я вдруг ощущаю приступ тошноты. Потому что на самом деле я точно знаю, что случилось с Вайолет Сандовал. Да: память вернулась в тот вечер, когда Джастин напугал меня и я выскочила на улицу с отцовской винтовкой. Когда я увидела собственное отражение в стекле. Воспоминания нахлынули шквалом, и теперь я очень жалею. Больше того: я готова сама прыгнуть в пасть чертову медведю, лишь бы снова все забыть.
Вопрос вот в чем: известно ли агентам то, что известно мне?
Специальные агенты возвращаются с толстой бумажной папкой и диктофоном. Следом за ними входит женщина-агент и встает у стены.
Хэтч садится напротив и кладет папку перед собой. Он с минуту изучает меня, а я смотрю на него в ответ. Хэтч знает, что я вспомнила. Вижу по глазам. Он надеется подловить меня. Но с того самого дня, как мы устроили пожар, я поставила себе цель выжить, и ничего не изменилось. Прекрасно понимая, что предстоит битва, я проглатываю страх, нахожу в глубине души спокойный уголок и удивляю агентов, заговорив первой:
– Вы сказали, что у вас есть ко мне вопросы?
Лицо Хэтча озаряет мальчишеская улыбка.
– Мисс Уорнер, прежде вы просили называть вас Ханной. Разрешение в силе?
– Конечно. – Сотрудничать с властями всегда приятно.
Я устраиваюсь поудобнее на стуле и напоминаю себе, что мы с фэбээровцем на противоположных сторонах. Он мой враг.
– Ханна, вы не арестованы, но у нас есть несколько вопросов о том, где вы были вечером второго августа, когда исчезла ваша подруга Вайолет Сандовал. Я обязан предупредить, что вы имеете право хранить молчание и любые ваши слова могут быть и будут использованы против вас в суде. Вы имеете право на адвоката. Если вы не можете позволить себе адвоката, его вам назначат. Вы понимаете, что я сказал?
Прежде чем я успеваю напомнить ему об амнезии, Хэтч поднимает ухоженный палец и добавляет:
– Я помню о вашем состоянии, однако новые свидетельства способны пробудить вашу память. Это поможет нам найти Вайолет.
Ноги перестают трястись. Значит, тела они не нашли. Значит, они все еще не знают, что с ней случилось. То есть по-прежнему действуют наугад.
Хэтч кивает на телефон, висящий на стене:
– Если хотите, позвоните отцу, но в комнату его не допустят. Он участвует в следствии по этому делу и не может присутствовать при допросе взрослой дочери. Вы понимаете свои права?
– Я и не собираюсь звонить отцу, – отвечаю я, скрестив руки.
Хэтч сурово смотрит на меня:
– Вам требуется помощь, Ханна?
В руках у него веер фотографий, и я замечаю изображения моей спальни, дома и даже собаки.
Выпрямляюсь и смотрю на него с любопытством.
– Нет. Все в порядке. Я хочу помочь.
Фэбээровцы переглядываются, и Хэтч вальяжно разваливается на стуле. Третий агент у стены переминается с ноги на ногу. Все трое вооружены, комната тиха и безлика. Я наливаю себе воды в стакан, чтобы нарушить тишину.
Наконец Хэтч открывает папку.
– Ханна, во время нашей прошлой беседы, четырнадцатого августа, вы не предоставили алиби на вечер исчезновения Вайолет.
Он выкладывает фотографию покореженной машины. Колеса и некоторые другие детали отсутствуют, но я узнаю очертания и цвет своего джипа. Какого черта? Я думала, машину уничтожили. Колено дергается, и требуется усилие, чтобы удержать его на месте. Спокойно, Ханна.
– После беседы мы получили ордер на обыск вашей машины, – продолжает Хэтч. – Нам потребовалось время, чтобы разыскать джип, и еще больше времени, чтобы провести анализ следов жидкостей и волос в салоне машины.
Проклятье!
Пател с натянутой улыбкой подталкивает в мою сторону ордер. Я бросаю на него беглый взгляд и кивком соглашаюсь. Вот уж не думала, что увижу свой джип после того, как его увезут на свалку.
Хэтч протягивает лист бумаги со множеством цифр и странных диаграмм.
– Наши криминалисты определили, что ДНК принадлежит особи вида
– Кому?!
