Собрав всю свою волю в кулак, Артём смог его наконец расслабить. Клинок упал на землю. Парень закрыл глаза, вскинул руки в стороны, запрокинул голову, повернувшись грудью к несущемуся на него орку. Он боялся смотреть, что будет. Он не был уверен в том, что делает, и надеялся, что что бы ни случилось — оно случится быстро.
Грузные шаги бегущего Когтеклыка начали замедляться и резко остановились прямо перед Артёмом.
Удара не последовало.
— Что ты делаешь⁈ — прорычал Когтеклык, стоя практически вплотную. Парень даже почувствовал на себе его дыхание.
Артём приоткрыл один глаз и посмотрел, что происходит.
Орк, на лице которого сменялись недоумение и злоба, стоял на расстоянии вытянутой руки с уже замахнувшимся топором. Он бегал глазами по человеку, смотрел то на него, то на меч, лежащий на земле.
— Сражайся! — крикнул орк так, что Артём вздрогнул.
— Нет, — чуть дрогнувшим голосом ответил парень.
Толпа притихла.
— Подними меч, трус!
— Нет, — уже увереннее ответил Артём.
— Я сказал, СРАЖАЙСЯ! — Когтеклык наотмашь ударил парня рукой, и тот отлетел назад, упав на спину.
Приподнимаясь над землёй, Артём посмотрел снизу вверх на возвышающуюся фигуру орка перед ним.
— Нет.
— Арррр! — Когтеклык взревел в угрожающем вопле и вновь замахнулся топором, чтобы нанести удар по лежащему парню.
Тому, в свою очередь, пришлось напрячь всё своё тело, каждую мышцу, только для того чтобы рефлекторно не закрыться от этого удара, а остаться в той же позе.
Когтеклык, не видя реакции, то ли приходил в ещё большую ярость, то ли в недоумение. На его лице появилось смятение.
— Что? Почему⁈ Почему ты не дерёшься со мной⁈
Из толпы послышалось недовольное: «Бейтесь!» — «Да, бейтесь!» Волна недовольных выкриков прошлась по арене.
Артём неуверенно поднялся на ноги, осматривая толпу, а затем посмотрел на Когтеклыка. Он быстро дышал, но ярость его уже полностью сменилась на недоумение.
— Послушайте меня! — воскликнул Артём, пытаясь заглушить ропот толпы. — Я смотрю на вас и вижу тех, кто искренне верит в учение Владилена! — Толпа начала притихать. — Но в то же время вы сохраняете обычаи, которые дают вам право убивать друг друга! — Голос Артёма дрожал. — Юрий принёс себя в жертву не для того, чтобы вы убивали друг друга! Осмотритесь вокруг! Рядом с вами — члены ваших семей, вашего племени, друзья и товарищи! До тех пор, пока будут сохраняться обычаи, которые позволяют вам убивать из-за пустяка, нового мира не построить!
— Это не пустяк! — воскликнул Когтеклык.
Артём резко посмотрел на него. Едва заметно орк вздрогнул от этого взгляда.
— В мире есть миллионы вещей, за которые стоит умереть, — Артём вновь начал обращаться ко всем окружающим. — Но нет ни одной, из-за которой стоит убивать! Насилие — это орудие слабого, потому что убивать проще, чем решать проблемы. Но решать их нужно, иначе не получится остановить страдания!
Артём повернулся к Когтеклыку.
— Я не хотел тебя оскорбить. Я не хотел оскорбить твою дочь и твой род. Там, откуда я родом, никто никому не служит. Все поступают так, как сами того хотят. В моём мире преступлением было бы принять твоё предложение.
Орк, словно не желая принимать информацию, закачал головой и отшатнулся назад.
В толпе царило непонимание. Все переговаривались. Слышались отдельные выкрики: «Бейтесь!», кто-то кричал: «Нет!», «Он прав!», «За оскорбление надо платить!»
Артём вновь осмотрел толпу.
— Да, я оскорбил Когтеклыка. Я каюсь. Я согрешил. Но пусть тот, кто без греха, первым бросит в меня камень!
Наступила тревожная тишина. В какой-то момент начали слышаться одобряющие возгласы. Орки словно пытались переварить послание Артёма, но у них не получалось это сделать с первой же лекции.
Босфор вошёл в круг арены и медленно начал двигаться в сторону парня. Он всё ещё оглядывал своих сородичей.
— Миссия! — воскликнул старец. — В устах его истина, что мы позабыли с годами! Владилен учит нас любви к ближнему и товариществу, быть вместе ради общей цели! Артём говорит правду. Мы действительно слишком далеко ушли от учения!
Слова жреца действовали на толпу сильнее. После его возгласа Артём увидел, как орки начали кивать.
— Я думаю, что именно сейчас нам и стоит задуматься о том, чтобы пересмотреть свой образ жизни, — сказал Босфор, остановившись возле Когтеклыка и Артёма. — Я предлагаю отныне запретить братоубийственные дуэли! Драться нужно с врагами, а не с друзьями!
По толпе прошлось одобрение. Из уст другого орка эти слова звучали для них явно более убедительно.
— А сейчас, после того как Артём извинился, я прошу тебя, Когтеклык, принять его извинения и пожать руку человеку, — Босфор взял руку Артёма и Когтеклыка, чтобы самостоятельно их свести.
На лице воина вновь вспыхнула ярость. Он резко отдёрнул руку из ладони старца.
— Нет! Я… я не буду… я не хочу… это нарушение всех традиций!
Толпа начала неодобрительно ворчать на сопротивляющегося Когтеклыка. Он недоумённо посмотрел на них.
— Да что с вами⁈ Это… так… не должно быть!
Толпа продолжала давить на воина.
— Я не буду сражаться, но и прощать его, — он ткнул пальцем в Артёма, — я тоже не буду.
