— Мы с Николаем сейчас идём к адмиралу, а вы ждёте меня здесь. Надеюсь, не надо объяснять, почему не стоит выходить в коридор.
В туже секунду Кира резко повернулась ко мне и выпалила:
— Я с тобой.
— Тогда и мы тоже, — не растерялся Дим.
— А вам то зачем? — спросила его девушка. — Глеб капитан, я навигатор, нам надо знать, с чем предстоит иметь дело.
— Ну-ну, — хмыкнул Лео, — ты ещё скажи, что у вас кость белая, а кровь голубая, а мы так — подсобные рабочие.
— Да ничего такого я не имела ввиду.
— Молчать, — мне пришлось повысить голос и ребята как один притихли. — К адмиралу я пойду один. Больше он никого не ждёт, да и не примет. Поэтому ждите.
Спорить со мной ни у кого желания не возникло.
Когда мы с Николаем подошли к лифту, тот сказал:
— Интересные у вас взаимоотношения в коллективе.
— Это ещё почему?
— С одной стороны у вас словно анархия какая-то. Всё время о чём-то спорите, обсуждаете. Хаос, одним словом. С другой стороны, они всегда чётко выполняют твои команды. Словно знают, когда можно, а когда нужно.
Пожав плечами, я ответил:
— Мы умеем разделять. Если экипаж на задании или в бою, какие могут быть споры? В таких ситуациях каждый знает своё место и что ему делать. А когда мы на отдыхе, то на отдыхе.
— То есть, по-твоему, вы сейчас «на отдыхе»?
— Ага.
— Интересные ребята. Психи. В армии так не принято. Хотя у нас у самих здесь форменный дурдом.
— Дурдом? И в чём же он проявляется?
— Сам узнаешь. Если согласишься.
Когда мы вошли в приёмную брюнетка посмотрела в нашу сторону и коротко бросила:
— Ждите.
После чего вернулась к своим делам, всем видом показывая, что до нас ей нет никакого дела.
— Ждём, Ангелина Николаевна, — словно отрапортовал Николай. — Присесть то можно?
Секретарь вновь посмотрела в нашу сторону и сказала:
— Присаживайтесь.
Мы уселись на бежевый диванчик у входа, который словно вырастал из стены, являясь продолжением самого корабля. На крейсере со всей мебелью так. Ничего отдельно стоящего. Встроенные в стены шкафы и ниши, вырастающие из пола или стен столы, стулья, кресла и кровати. К моему удивлению диван в приёмной оказался эргономичным. Сидеть в нём было довольно удобно.
На этот раз ждать пришлось намного дольше. Прошёл почти час, когда из кабинета адмирала выскочили трое: адъютант Марк со странным толи отчеством толи вторым именем Иммануил, корабельный врач, чьё имя я так и не узнал, и незнакомый мне мужчина с нашивками полковника. Выглядел он внушительно — ростом под метр девяносто, коротко стриженный чёрный волос с проседью, мощное квадратное лицо, вечно пребывающие в хмуром положение брови и готовый вас испепелить взгляд.
Покинув кабинет, троица быстро прошествовали по приёмной к выходу. Только Марк бросил в нашу сторону безразличный взгляд. А доктор с полковником пропустили нас словно пустое место, будучи погруженными в собственные мысли.
Как только троица покинула приёмную, секретарь посмотрела на меня и сказала:
— Корсаков, проходите, адмирал ждёт.
— Добрый день, Глеб, — поприветствовал меня адмирал, как только я переступил порог.
— Добрый, — ответил я.
Адмирал стоял у стола в своей фирменной позе «руки за спиной» и задумчиво рассматривал несколько листков, разложенных на столешнице. Выглядел Диков мрачновато.
— Что надумали? — спросил он, посмотрев на меня.
— Мы согласны рискнуть, — не стал я тянуть кота за хвост.
— Рискнуть, — задумчиво произнёс адмирал. — В ближайшее время рискнуть придётся не только вам, но и всему экипажу «Дмитрия Донского».
Интересный поворот.
— Нам бы очень хотелось узнать подробности, — сказал я. — Зачем мы вам нужны. Во что мы ввязываемся?
— Узнаете, — кивнул Диков. — Присаживайтесь.
Адмирал расположился в своём кресле. Я же, последовав его примеру, разместился напротив.
— Стоило бы со всех вас взять подписку о не разглашении прежде, чем начинать рассказ. Но думаю вы и так подпишите все документы немного позже.
Адмирал одарил меня таким взглядом, что стало понятно, — подпишем.
— Дело в том, что мне надо вывезти несколько человек с одной планеты. И к моему прискорбию сделать это некому.
— Некому? Как получилось, что на современном крейсере российских военно-космических сил нет людей для проведения специальной операции? Адмирал, давайте на чистоту. Сколько на борту человек?
— Обратили уже внимание? — усмехнулся Диков. — Не буду врать Глеб, у нас минимальная штатная численность. Достаточная для проведения полевых испытаний. Остальной экипаж мы не успели взять на борт. Вы ещё не знаете, но мы на пороге всеобщей войны.
— Отрешённые? — зачем-то спросил я. — Но они же уже три года сидят в своих системах и носа оттуда не кажут. Правда и чужаков не пускают.
— Ты же не из тех наивных пацифистов, которые верят, что отрешённые никуда дальше не полезут из своего сектора?
В ответ я только мотнул головой.