— Его спрашивай.
— Можно, — как-то уж больно легко согласился Мыш.
Вика принялась гладить плющевое чудовище, и вскоре тот перебрался к девочке на руки. А ведь ему нравится, он прям балдеет, когда с ним сюсюкаются.
— Так зачем ты сюда пришла? — спросил я.
— Мне стало интересно посмотреть на ваш корабль.
— Будто здесь кораблей мало.
— Скажете тоже. Они все ржавые. Разве что яхта, на которой мы хотели улететь.
— Улетите ещё.
— Правда? Значит, вы нам поможете?
В глазах Вики блеснули искорки робкой надежды.
Да чёрт бы вас побрал. Ну почему эвакуационные группы не наткнулись на этих ребят пару недель назад? Почему вас не вывезли с этой планеты тогда?
Сглотнув обжигающий комок, вдруг образовавшийся в горле, я ответил:
— Поможем. Обязательно поможем.
Мы сидели на улице минут тридцать. Вика расспрашивала меня обо всём. Откуда я? На каких планетах побывал? А страшно ли летать через Многомерность? И почему её называют Паутиной, если там не водятся пауки?
— В космос я летала, — рассказывала девочка. — Но только по системе. Пару раз. Один раз вместе со школьной экскурсией на верфи. А один раз с родителями.
На последних словах она опустила голову, а в глазах появились слёзы.
— Эй, не плачь. Возможно, они успели уехать, когда всё началось. Здесь два месяца работали эвакуационные отряды Содружества. Кем они работали?
— Они геологи у меня, — ответила Вика. — Когда меня в лагерь отправили, сами поехали на Эос.
— Вот видишь, а на Эосе никаких отрешённых не было. Там должны были весь персонал сразу эвакуировать, — попытался приободрить я девочку.
— Правда?
— Когда выберемся, уверен, в Космофлоте тебе помогут разыскать родителей.
— А вы?
— Я всё же пилот и капитан, — улыбнулся я. — Думаю, их поиском лучше заняться профессионалам.
Вика кивнула, соглашаясь с моим доводом.
В этот момент завибрировал смарт-браслет на левом запястье. Вызывала Брина. Алый огонёк, значит, что-то произошло. Активировав связь, я спросил:
— Брина, что случилось?
— Капитан, орбитальная опасность. Срочно на мостик.
Этого ещё не хватало.
— Ой, смотрите, а что это? — Вика показывала куда-то в небо задрав голову.
Подняв взгляд, я на мгновение потерял дар речи. На потемневшем небосклоне вспыхивали огненные бутоны, один за другим. Небольшие, размером с незабудку. Этот жуткий букет разрастался с каждой секундой, вытягиваясь в светящуюся дугу.
— Быстрее за мной, — крикнул я, хватая девочку за руку.
Мы вбежали по трапу на корабль. Озадаченным Мыш промчался следом.
Оказавшись в рубке управления я рухнул в своё кресло и кивнул Вике на пустующее справа:
— Садись и ничего не бойся.
Брина заботливо вывела картинку происходящего на орбите на главный экран. Там шла битва. Судя по интенсивности и мощности вспышек, противники яростно колошматили друг друга ракетами с ядерными зарядами.
— Брина, связь с экипажем, — скомандовал я.
— Связь установлена.
— Лео, Дик, Кира на борт, срочно, готовность один.
— Есть, — в один голос ответила моя команда.
— Кира, что с готовностью яхты?
— Часа два.
— Тогда веди детей на «Ноябрь».
— Да что происходит?
— На орбите бой, — коротко ответил я.
— Принято.
Как только Кира отключилась, я велел Брине произвести расчёт падения обломков.
— Вероятность падения уцелевших обломков в районе нахождения «Ноября» двадцать семь процентов, — тут же ответила наша электронная спутница.
Больше, чем один к четырём. Плохо. Мне очень не хотелось поднимать корабль в воздух. Сделай мы так сейчас, и нас могут засечь на взлёте. Корабль мог притворяться почти невидимым в космосе, но не в атмосфере. То, что мы приземлились незамеченными почти удача. Помог вовремя подвернувшийся циклон.
Шнайдер с Ивановым вбежали в рубку минут через пять, тут же рассаживаясь по своим местам.
— Что происходит? — спросил Дим.
— Орбитальный бой, — сказал я, кивая на большой экран.
— Это кто и с кем там? — удивился Лео.
— У тебя много вариантов? — усмехнулся Дим.
— Мало ли. Когда мы шли на посадку, мне показалось, что в ближайшем космосе все друг друга перебили.
— Видимо ты ошибся, — сказал я. — В системе есть силы мятежников, возможно флот отрешённых и Содружества, местное сопротивление и не надо забывать про «Дмитрия Донского». Та ещё сборная солянка.
Дуга из огненных бутонов протянулась на пол небосвода, от заката до зенита. К поверхности потянулись сияющие росчерки — следы от сгорающих в атмосфере обломков. С каждой секундой их становилось всё больше и, что намного хуже, они падали всё ближе и ближе.
— Надеюсь, наши побеждают.
Кира влетела в рубку запыхавшаяся и раскрасневшаяся. Заняв своё место, она повернулась ко мне, собираясь что-то спросить. На мгновение застыла, брови поползли вверх:
— У нас новенькая. Как тебя зовут малышка?
— Вика, — смущённо ответила девочка.
Только сейчас Лео и Дим обратили на неё внимание. Шнайдер собрался было что-то спросить, но я опередил его:
— Все вопросы потом. Кира, дети?
— Почти все здесь. Сейчас сообщу Сашке, что потеряшку нашли.
Вика смущённо отвела глаза в сторону. Хотя именно я должен был сообщить Кире, что девочка уже на корабле.