— Хорошо, Кира, — сказал я, не став уточнять как девочка оказалась на борту. Сейчас не до этого. — Размести детей по каютам. Надеюсь, если нам придётся полетать, то не слишком далеко.
Словно в подтверждение моих слов Брина сказала:
— Вероятность падения обломков семнадцать процентов.
Орбитальный бой начал смещаться в сторону, и обломки стали падать немного севернее.
— Брина, есть более точная информация о происходящем на орбите? — спросил я. — Кто и против кого ведёт бой? Количество кораблей?
— Нет. Сильные помехи. На орбите произошло порядка ста сорока семи ядерных взрывов мощностью от двадцати килотонн до пяти мегатонн.
Серьёзная там драка. Противники не стесняются в средствах, пытаясь уничтожить друг друга. После такого низкая опорная орбита будет загажена радиацией ещё долго. Хорошо хоть у «Ноября» и «Госпожи» есть защитные экраны, иначе нам не поздоровится во время взлёта.
— Внимания! — чуть ли не крикнула Брина. — Сход с орбиты массивного объекта.
— Твою же, — выдохнул Лео. — Вы только посмотрите на это.
— Вижу, — сказал я.
«Массивный объект» в несколько раз превосходил «Дмитрия Донского». Корабли такого размера и массы добровольно на планеты не садятся. А если такое случится, то итог будет печальным и для корабля, и для всех, кто оказался в точке вынужденной посадки. Падение объекта такой массы спровоцирует взрыв сравнимый с ядерным. И это без учёта топлива и находящегося на борту боезапаса.
На экране цифры постоянно сменяли друг друга. Траектория падения менялась. Красная дуга уходила от нас на северо-запад. Экипаж или искусственный интеллект терпящего крушение корабля пытался бороться за его спасение.
— Брина, есть данные по объекту? — спросил я.
— Тяжёлое транспортное судно, — ответила Брина. — Наименование и порт приписки неизвестны. Визуально отмечены боевые модификации. На главном корпусе смонтированы установки для пуска ракет. Имеются семь тяжёлых лазеров.
— Да ты скажи, это наш или нет? — спросила Кира.
— Ты когда-нибудь видела, чтобы Космофлот переоборудовал тяжёлые транспортные корабли? — усмехнулся Дим.
— Это отрешённый, — согласился я.
Терпящий крушение корабль отрешённых пролетел мимо и скрылся за горизонтом. По словам Брины, точка падения находилась примерно в двух сотнях километров к северо-западу. Ещё минут через десять до нас донёсся глухой раскатистый звук взрыва. Надеюсь, если кто-то там и выжил, в ближайшее время им будет совершенно не до нас.
Только через пол часа я скомандовал отбой тревоги. После чего все разошли по своим делам. Вику забрала Кира, решив провести небольшую экскурсию по «Ноябрю». Во время тревоги девочка держалась молодцом, не разу не подав вида, что испугалась. Дим пошёл дальше разбираться со своей новой игрушкой. По словам бортмеханика, скоро «Голиаф» сможет не только ходить, но и стрелять. Шнайдер же продолжил заниматься здоровьем детей. Впереди у найдёнышей был полёт в космос, а для истощённого организма это довольно суровое испытание. За оставшееся время Лео собирался довести ребят до нужной кондиции.
Я остался в рубке наедине с Бриной. Даже Мыш улетел с Кирой, аргументировав это тем, что собирается присмотреть за девочкой. Правда перед этим он как-то слишком ехидно подмигнул мне посмотрев на Киру.
О произошедшем на орбите нам оставалось лишь догадываться. Возможно, силы Содружества решили отбить планету. На момент, когда мы покинули «Дмитрия Донского», отрешённые контролировали Аврору и Мене, ещё одну небольшую планету вращающуюся вокруг Тейи. А также несколько крупных космических городов. Остальная часть системы находилась в руках местного сопротивления и сил Содружества.
После посадки мы пытались поймать хоть какие-то обрывки радиопередач. Сейчас лишились и этого. Эфир просто трещал от радиационных помех. Мы превратились в слепых котят.
Наш план не страдал обилием вариантов действий в случае тех или иных ситуаций. Всё просто — прилететь на планету, дождаться, когда спецназ заберёт людей Дикова, улететь. «Дмитрий Донской» должен ждать нас в одной из Точек перехода. Если его там не будет или мы не сможем до него добраться, то уходим к Долбору. А любых непредвиденных ситуациях — действовать на своё усмотрения. Например, как с эвакуацией детей.
Ввязались же мы в эту историю на свою голову. Могли продолжать потихоньку возить контрабанду из Периферии и обратно. Сейчас бы уже и свой корабль был. Рудольф с «Дульсидоры» предлагал в своё время одну неплохую «посудину». Но нет, втемяшило мне, что вольнонаёмным можно неплохо денег заработать и относительно безопасно. Ребята тогда согласились, всем идея показалась хорошей. Да и я постарался, убеждая всех. В результате оказались на коротком поводке у адмирала Дикова, и к чему это приведёт никто не знает.