– Но тогда ты пропустишь игру, – заметила она. – Я не успею сделать паспорт за три дня.
– Значит, откажусь от участия. – Он на мгновение задумался, что было не так-то просто, ведь она только что предложила ему найти нового кедди. – После Доминиканы будет Калифорния. Там и продолжим.
– Но Уэллс…
– Тема закрыта, Джозефина.
Она упрямо уставилась на него, и Уэллс, не сдержавшись, прижался к ее лбу своим. Потерся, нежно лизнул в губы и поцеловал, постепенно наращивая ритм, поддавшись своему нетерпению. Джозефина вцепилась в его рубашку – к счастью, не одного Уэллса это заводило.
– За полторы недели как раз успеешь поработать над магазином, – хрипло сказал он в ее влажные губы. – А заодно успеешь соскучиться.
Она тихо рассмеялась. Покачала головой.
Это еще что означало?
Ее настолько смешила мысль, что она может по нему соскучиться?
Видимо, да.
Точно.
Может, это ему нужно было побыть одному, чтобы взять себя в руки. Потому что он втрескался в эту девушку по уши и не понимал, готова ли она на что-то помимо рабочих отношений… которые иногда сопровождались умопомрачительным сексом.
Как пережить полторы недели, не зная, кто они друг для друга?
Боги, как же она красива. Ее глаза. Голос. Все.
Так, нет.
Не будет он ждать полторы недели. Он просто не выживет, если не выяснит все сейчас. Чем раньше, тем лучше.
– Когда у тебя самолет? Утром?
– Да, – ответила она. – Рано.
– У меня тоже. Не хочешь выпить? Отпраздновать?
Она заметно расслабилась, и морщинки в уголках губ разгладились. Уже неплохо, наверное?
– Давай, – сказала она и солнечно улыбнулась.
В этот момент он понял.
Сегодня он предложит этой девушке – своей кедди – встречаться.
Подготовиться к вечеру оказалось не так-то просто.
Надо было взять себя в руки и перестать отвлекаться, пустым взглядом сверля зеркало в ванной с забытым спонжем в руке, но воспоминания не давали покоя. Очень горячие воспоминания. Язык Уэллса, дразнящий соски, грубые руки на бедрах, его слова, в которых непочтительность мешалась с благоговением…
– Признайся, – сказала Джозефина своему отражению. – Ты бы повторила. Без раздумий.
Раньше в постели с ней обращались, как с хрупким предметом. Мужчины не пытались понять ее диабет и максимум просто интересовались, все ли с ней будет в порядке.
Ну да. Будет. Скачки сахара в крови были для нее нормой жизни. Упал – повышаем, поднялся – понижаем. Так было всегда. Они даже не задумывались, что неработающая поджелудочная никак ей не помешает, и просто сдерживались, опасаясь, что монитор глюкозы сорвется или ей вдруг понадобится укол.
Но не Уэллс. И вовсе не из-за безразличия. На самом деле она подозревала, что его очень заботит ее здоровье. За день дважды видела, как он проверяет уровень сахара в приложении. Во время игры, которую транслировали по телевидению, когда деньги и уважение висели на волоске, он думал о ней. Да, его волновало ее здоровье. Даже очень.
Но еще он понимал, что болезнь не делает ее немощной.
Сглотнув, Джозефина слегка обернулась и взглянула на монитор, прикрепленный к руке. Уж если эта хреновина выдержала секс с Уэллсом, то и конец света переживет. Потому что ох. Ох-ох-ох…
Она думала, что начинает влюбляться.
Но после секса в раздевалке эта влюбленность обрела совершенно новые краски.
Неужели она правда влюбилась в Уэллса Уитакера? Не в спортсмена, за которым следила последние пять лет, а в него настоящего?
– Ой-ой, – шепнула она. – Кажется, да.
Внутри все сворачивалось узлом, стоило подумать о встрече. Безумие, учитывая, что они и так весь день провели вместе. Но вот, пожалуйста. Она не хотела расставаться с ним на полторы недели. Но нужно было срочно заняться магазином, и как бы ей ни хотелось поехать с Уэллсом в Майами, она не могла просто взять и все бросить.
Она вздрогнула, когда увидела время. Уэллс бы прожужжал ей все уши, если бы она опоздала в бар. В животе все затрепетало – и вовсе не потому, что час назад она заказала в комнату большой сэндвич. Поспешно закончив краситься, Джозефина надела голубое платье, в котором ходила на вечеринку в начале турнира, нацепила каблуки и вышла из номера.
Чтобы ни с кем не столкнуться, Уэллс предложил выбраться за пределы отеля. Он не сказал, куда они пойдут, но велел подождать его в баре в лобби отеля и добавил, что об остальном позаботится сам. Спустившись на лифте, Джозефина с радостью заметила, что после окончания турнира толпа значительно поредела. Уэллс наверняка уже ждал ее в баре, чтобы отчитать за опоздание, а потому она ускорила шаг – но далеко уйти не успела. Знакомая фигура преградила ей путь.
Бак Ли.
– Ну, что тут сказать, мисс Дойл, – начал он, протягивая ей руку. – Я ошибся на ваш счет.
Джозефина с улыбкой пожала руку, но сжала сильнее, чем стоило бы. Просто не удержалась.
– Не думала, что вы ждали от меня неудачи.
Пожилой мужчина рассмеялся.
– Честно признаюсь, не один я. Не потому что вы женщина, конечно, – поспешно добавил он. – Просто вы новичок. Притом неизвестный.
