Полтора часа. Полтора часа езды до Палм-Бич. Успеет он вовремя, если что-то случилось? Господи, да у него даже адреса Джозефины не было. Только адрес ее магазина. Поразительно, учитывая, что она была «той самой».
Какое же банальное слово для девушки, чье благополучие настолько его волновало.
Несколько минут спустя Уэллс уже мчался в «Феррари» в сторону Палм-Бич. Сердце рвалось на куски.
– Да почему никто не перезванивает?! – рявкнул он приборной панели.
Голая спина липла к кожаному сиденью, а стук сердца отдавался по всему телу. Оставалось надеяться, что его не остановят за превышение скорости, потому что, Господи Боже, полиции придется за ним гнаться, чтобы выписать штраф – скорость он точно не сбросит. Ни за что. Он едва чувствовал педаль газа. Только осознавал, что вдавливает ее в пол, а каждая минута кажется шестью часами. Никакой музыки или радио – только его хриплое, судорожное дыхание. И никто ему не звонил. Черт, куда он вообще едет? У него же нет адреса.
Уэллс ткнул иконку трубки на консоли.
– Позвони Джозефине.
Тишина.
Джим тоже не брал трубку.
Господи. С ней точно что-то случилось. Он чувствовал. Чувствовал.
Не придумав ничего другого, Уэллс позвонил менеджеру. До Палм-Бич к тому моменту оставалось всего двадцать минут – он практически в два раза превысил скорость.
– Смотрите-ка, мне позвонил мой драгоценный золотой мальчик!
– Нейт, пожалуйста. Мне нужна помощь.
Воцарилась тишина.
– Господи, Уэллс. Только не говори, что тебя опять повязали. Я как это скрою от прессы? Тобой все интересуются…
– Не повязали меня. Мне нужен адрес Джозефины. – Язык заплетался от чистого страха, и он с трудом узнавал собственный голос. – Она же должна была его сообщить для участия в конкурсе?
– Ну… да. Но я не могу его разглашать. Я же говорил.
– Это срочно, Нейт! – прорычал он. – Диктуй сраный адрес!
Видимо, по его тону менеджер понял, что случилось что-то серьезное, потому что мгновение спустя в трубке послышался стук клавиш. Уэллс сильнее надавил на педаль, лавируя среди машин и не обращая внимания на возмущенные гудки.
– Так, нашел, – раздался серьезный голос Нейта. – Малибу-Бэй Драйв, семьсот одиннадцатый дом, шестая квартира.
– Скинь текстом, – приказал Уэллс, повторяя про себя адрес. – Спасибо.
Повесив трубку, он рявкнул адрес навигатору, и тот – удивительное дело – смог расшифровать его быструю речь. Шесть минут. Еще шесть минут, и он будет на месте.
Приложение, показывающее уровень сахара Джозефины, по-прежнему молчало.
Что он увидит в ее квартире?
Мозг отказывался даже думать.
– Пожалуйста, Боже, пусть с ней все будет в порядке. – Кондиционер превращал пот в лед, но он едва замечал холод. – Я исправлюсь. Продам машину и отдам все деньги на благотворительность. Больше никогда не буду ломать клюшки. Пожертвую больным обе почки. Да, обе. И душу мою забирай, если хочешь. Да все забирай! Я что угодно для тебя сделаю. Умоляю…
Джозефина проснулась от того, что кто-то вломился в квартиру.
Заорав так, чтобы было слышно в Орландо, она забилась в угол дивана.
Ну вот и все. Ей прямая дорога в криминальную сводку.
«Ограбление обернулось убийством. Но так ли это?» – вопрошал в голове Кит Моррисон.
Но какой смысл грабить именно ее? Она не хранила в квартире ничего ценного. Все клюшки держала в шкафчике в клубе. Драгоценности? Какие, дешевый кулон, который мама подарила Джозефине на выпускной? Если так, то она сама этих грабителей прибьет, а потом уже будет разбираться…
Стоп.
Она встряхнулась, окончательно просыпаясь.
Ее не грабили. Ну, если только высоченный гольфист в одних шортах и с безумным взглядом совсем уж не пошел во все тяжкие.
– Уэллс?
Он не шелохнулся. Просто смотрел на нее, часто дыша, а дверь за его спиной болталась на петлях.
Наконец он поднял телефон и указал на экран.
– Сахара нет.
– Что?
С трудом сглотнув, он проскрежетал:
– Он сначала пищал, а потом просто… пропал на хрен. – Его выдох больше походил на хрип. – И ты не брала трубку. Я думал… думал, ты…
Тут же все встало на свои места, и остатки сна рассеялись.
Кровь отхлынула от ее лица.
– Ох, Уэллс, прости, пожалуйста. – Она медленно встала. – Нужно было заранее предупредить.
Он с грохотом выронил телефон, но, кажется, даже не заметил.
– Я меняла датчик. Ему нужно время, чтобы соединиться с приложением, вот сахар и не отображался. – Его так трясло, что она боялась к нему подходить. – Выглядит так, будто у меня резко упал сахар, но на самом деле со мной все нормально. Честно.
Уэллс согнулся, упершись руками в колени и пытаясь отдышаться.
– Прости, – сказала она с оборвавшимся сердцем. – Я не хотела пугать. Просто уснула, а телефон оставила на беззвучном.
– Ага. – Он пару раз судорожно вздохнул. – Сейчас, дай мне… прийти в себя.
– Хорошо. – Она переступила с ноги на ногу. – Хочешь, обниму?..
