— Джексон… — начинаю я, но слова меня подводят. Парень взирает на меня, ожидая объяснений, которых я не могу дать. Ничего не произошло. Абсолютно. Я ничего к нему не чувствую. Я пыталась заставить себя желать его, но оказалось, что мое сердце та еще упертая и вредная сучка. Оно всегда хотело только Ашера.
— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, — заканчиваю я.
— Просто скажи мне правду. Все же было классно, а потом как будто ты просто… потеряла интерес. — Его брови сведены, и складывается ощущение, что ему никогда раньше не отказывали, и поэтому он искренне не понимает, что сейчас происходит.
— Нам лучше остаться друзьями.
— Это ведь из-за него, не так ли? — отвечает парень, его взгляд устремлен на меня, и я понимаю, что он имеет в виду Ашера. Я хотела быть полностью честна с ним, но не могу рисковать, чтобы другие узнали о нас с Ашером. И я не доверяю Джексону.
— Нет, — отвечаю я и сажусь на соседнее кресло. — Но я бы хотела кое-что спросить у тебя.
— Все, что угодно, — следует вежливый ответ, и парень устремляет на меня пытливый взгляд. Он догадывается, что я кое-что знаю, но понятия не имеет, что именно. И в этот момент я начинаю осознавать, что за маской милого и золотого мальчика кроется нечто большее.
— Я в списке?
— Каком списке? — его колено перестает дергаться, и глаза расширяются.
— Не прикидывайся дурачком, — отрезаю я. — Я в списке? — спрашиваю снова. Я встаю, скрестив на груди руки, и Джексон следует моему примеру.
— Это не то, что ты думаешь, — говорит он и делает шаг в мою сторону.
— Нет, — отвечаю я и разворачиваюсь, чтобы вернуться в дом. — Это все, что я хотела знать.
Мне дурно. Я не знаю, что подразумевает собой этот список, но не нужно быть гением, чтобы понимать, что в нем нет ничего хорошего. И скорее всего именно это связано с тем, что он преследовал меня и предал мое доверие. Нет необходимости в грязных подробностях, так что с меня достаточно.
— Брайар, подожди, — зовет он, но я продолжаю идти. Когда я открываю дверь, Дэш сидит за кухонным островком, а Эдриан жарит яичницу. Светлые волосы моего брата находятся в абсолютном беспорядке, а сам он до сих пор сонный, но когда Дэш замечает мое расстроенное лицо и Джексона, следующего по пятам, то его забытье как рукой снимает. Эдриан роняет лопатку, и они оба мгновенно подходят ко мне.
— Что происходит? — выпаливает мой брат.
— Ничего. Он уже уходит.
Джексон нервно сглатывает, обводя взглядом нашу троицу, и наверняка гадает, насколько он близок к тому, чтобы его лицо познакомилось с кулаками. Удивительно, но он решает испытать свою удачу.
— Список существует, и именно поэтому я заинтересовался тобой в самом начале, — подтверждает он и вскидывает обе руки в защитном жесте, в то время как Дэш и Эдриан наступают на него. — Но я никогда не вписывал туда твое имя, Брайар. Богом клянусь, черт возьми. Как ты думаешь, почему я продолжил преследовать тебя? Если бы все дело было в этом долбаном списке, я бы прекратил все, когда… — он замолкает, мудро решив не заканчивать это предложение перед моим братом.
Ноздри Дэша трепещут от гнева, и Эдриан издает невеселый смешок, проведя рукой по лицу.
— У тебя есть три секунды, прежде чем моя нога и твой зад встретятся, — произносит Эдриан.
— Брайар, — в очередной раз пытается Джексон, его челюсти сжаты от негодования, но я качаю головой в ответ. Я не знаю, чему верить. И я не уверена, что правда изменит мои чувства.
Эдриан выгибает бровь, и это все, что требуется Джексону, чтобы понять, что эту битву он проиграл. Когда он выходит за дверь, две пары пытливых глаз устремляются на меня.
— Что?
— Рассказывай.
Почему все мужчины в моем доме такие требовательные?
Глава 6
Я наконец-то закончил работу, за которую взялся неделю назад, и вместо поисков новых проектов нахожусь в доме отца. Ему становится хуже — я вижу это по его внешнему виду, и, судя по выражению его лица, он тоже прекрасно понимает положение вещей — но наотрез отказывается возвращаться в больницу. Скорее всего, он просто хочет тихо отойти в мир иной в домашней обстановке.
Пока папаша подбирает подходящие слова, я молча пытаюсь отмыть эту дыру. Он следит за мной. Я игнорирую его. Он пытается говорить со мной. Я игнорирую его. Не существует тех слов, которые могли бы отмотать назад последние десять лет, но он все же пытается.
— Где ты остановился? — спрашивает Джон, сидя в своем старом, потрепанном кресле. Я, бл*дь, ненавижу это кресло. И крайне удивлен, что отец еще не сросся с ним. Я устремляю на него взгляд, решая, отвечать ему или нет, но легкий отпечаток надежды на его лице заставляет меня сдаться.
— У Дэша.
Он кивает, будто ожидал такого ответа, и больше не дает комментариев.
