– Остановитесь здесь и займите любую свободную комнату. Хозяйка – она сейчас на кухне, под арестом, – обрадуется новому постояльцу. После того как отдохнете, сходите к епископу – он живет напротив. Мне нужно письменное подтверждение его согласия на аутодафе – попросите бумагу от моего имени. Такое же согласие нужно получить от графа де Монфора – он у епископа в гостях – и наместника, сеньора Д’Арманьяка. Стражники у входа в таверну объяснят, как его найти. И еще кое-что, – Эймерик прищурился. – Не указывайте в тексте имя и число осужденных, даже если вас об этом попросят.
– Сделаю. Вы уходите?
– Я должен допросить одного красильщика, а потом съездить в монастырь… очень странный монастырь. Вернусь поздно.
Когда сеньор де Берхавель удалился, Эймерик вернулся к отрывку из «Adversus Haereses» и провел в комнате еще полчаса. Потом прочитал несколько молитв, немного привел себя в порядок и спустился вниз. Вскоре они с отцом Короной подошли к дому красильщика у реки.
– Давай не будем зря тратить время, – сказал Эймерик Роберту. – Красильщики Кастра просят твою голову. Получат они ее или нет, зависит от твоих ответов.
– Но это они – катары! Я же добросовестно…
– Мне уже все известно. Софи де Монфор приходила сюда каждое воскресенье, а ты давал ей человеческую кровь, которую приносили солдаты капитана де Найрака. Сам догадайся, какое наказание тебе грозит.
– Чего вы от меня хотите? – набычился коренастый рыжеволосый здоровяк, потный от духоты мастерской, где стояла невыносимая вонь.
– Где тот большой сосуд, который был здесь вчера утром?
– Его больше нет.
– Куда ты его дел? – буравя красильщика полными ярости глазами, Эймерик угрожающе расправил плечи.
– Не я, – пробубнил себе под нос Роберт. – За ним пришли два монаха. Бенедиктинцы из Сидобре.
– Ты их знаешь?
– Нет, но видел много раз. Они часто приезжали вместе с рутьерами. В воскресенье они тоже приходили и забрали с собой графиню.
– Куда?
– Думаю, на Сидобре. Во всяком случае, ушли в ту сторону. Я никогда не спрашивал.
Взгляд Эймерика помутнел, но это спокойствие казалось еще страшнее гнева.
– А теперь слушай меня внимательно. От того, скажешь ты правду или нет, зависит твоя участь. Кто это все устроил? Кто придумал собирать кровь, водить туда-сюда Софи де Монфор и все остальное?
– Управляющий графа, – красильщик опустил глаза, но ответил без колебаний. – Несколько лет назад.
– Сеньор Пикье?
– Да.
– Как он вел себя с Софи? Как влюбленный?
– Что вы, конечно, нет, – Роберт поднял на инквизитора круглые от изумления глаза. – Он с ней как со скотиной обращается. Особенно, когда у графини припадки.
– Какие припадки? – нахмурился Эймерик.
– В воскресенье вечером они возвращались в город. Я не видел лица сеньориты из-за вуали, но, похоже, она была не в себе. Странно размахивала руками, говорила что-то бессвязное. Они то и дело останавливались, чтобы она немного очухалась.
– А Раймон?
– Он часто плакал, но до него никому не было дела.
– Тебе тоже?
Красильщик не ответил.
– Думаю, этот несчастный сказал нам почти все. – Инквизитор посмотрел на отца Корону. – Как добраться до Сидобре?
– Тут недалеко. Верхом меньше часа.
– Тогда едем немедленно. С этой минуты, – Эймерик бросил на красильщика ледяной взгляд, – за каждый миг жизни, который тебе дарован, благодари сначала Бога, потом меня. Понял?
– Вам нужны имена катаров Кастра? – на грубом и тупом лице красильщика страх сменился надеждой. – Я всех назову!
Эймерик не ответил и вышел из мастерской вслед за отцом Короной.
Монахи вернулись на постоялый двор, оседлали лошадей и направились к северным воротам города. Им предстояло обогнуть Агут – его воды краснели то ли от бликов полуденного солнца, которое огромным пылающим шаром висело в небе прямо над головой, то ли от алой краски, стекающей в реку.
– Здесь живет сеньор де Найрак, – отец Корона показал на изящное трехэтажное здание с элегантными двухстрельчатыми окнами на самой окраине. – Глава проанглийской партии и пример для подражания всей знати Кастра.
– Если я не ошибаюсь, – сказал Эймерик, глядя на основательное, но грациозное строение, – Ги де Найрак – брат аббата Жоссерана и предводителя банды наемников.
– Именно так. Если не считать старого Жоссерана – он, как вы сами убедились, наполовину сумасшедший, – Найраки – очень сплоченное семейство. Все они живут у гранитных месторождений Сидобре, которыми владеют. По сути, капитан де Найрак охраняет территорию от имени брата Ги, не позволяя Монфорам завладеть землями.
– Полагаю, что Найраки тоже хотели бы управлять городом.
– Возможно, но они не заявляют открыто о своих намерениях. Найраки намного богаче Монфоров и пользуются симпатиями самых состоятельных людей Кастра. Но Монфоры имеют преимущество в военном плане, а еще у них есть крестьяне, которые на них работают. Между семьями сложилось определенное равновесие.
