Мы с Джоном стали собственной маленькой рок-группой внутри большой. Мы тусовались вместе в перерывах и шутили, тем более что остальные трое тоже тусовались вместе и шутили. Каждый четверг после школы мы шли к Джону домой и репетировали вдвоем или слушали какие-нибудь классические рок-песни, чтобы потом делать вид, будто мы так же хорошо разбираемся в рок-музыке, как и другие парни. И предлагали свои варианты песен, которые могли бы сыграть. Пока что мы предложили «Желтую подводную лодку»[10] и «Глаз тигра»[11]. Но Элайджа, Гарри и Эннио отвергли и то и другое.
Но это ничего, потому что мне и правда нравится песня, которую предложил мистер Боулз. «Это финальный обратный отсчет!»
– Ну не знаю, ребята, – сказал мистер Боулз. – Не уверен, что до среды у нас достаточно времени, чтобы выучить новую песню. Может, все же остановимся на «Обратном отсчете»?
Он сыграл начало песни на синтезаторе, и Джон закивал головой в такт музыке.
Потом Элайджа начал играть гитарный рифф, который оказался началом «Армии семи наций». Словно по сигналу, Гарри и Эннио тоже начали играть. Очевидно, что они уже много раз играли эту песню. Надо сказать, звучало круто.
Во время припева мистер Боулз поднял руку, прося их остановиться.
– Ладно, чуваки. Вы крутые. Убойный басс, Элайджа. Но все должны суметь сыграть песню на концерте, верно? Этим двоим тоже нужно дать шанс.
Он показал на меня и Джона.
– Так это простые аккорды! – воскликнул Элайджа. – До и соль! Си. Ре. Вы же знаете ре, да?
Он вытаращился на нас, словно мы инопланетяне.
– Вы серьезно не можете это сыграть?
– Я могу. – Я быстро зажал аккорд.
– Терпеть не могу си! – сказал Джон.
– Это проще простого! – повторил Элайджа.
– А как же «Финальный обратный отсчет»? Я его столько недель учил! – заныл Джон. Он сыграл начало песни – ту же часть, которую только что исполнил мистер Би, но, по правде, у него получилось так себе.
– Классно, чувак! – сказал мистер Би и дал пять Джону.
Я заметил, как Элайджа улыбнулся Гарри, а тот опустил глаза, чтобы не рассмеяться.
– Ребята, надо, чтоб все было по справедливости, – сказал мистер Би Элайдже.
– Мы можем сыграть только одну песню на концерте, и мы хотим сыграть «Армию семи наций», – ответил Элайджа. – Правило большинства.
– Но это не то, о чем мы договаривались! – закричал Джон. – Это нечестно, вы уже согласились играть «Обратный отсчет», и мы с Крисом потратили кучу времени, чтобы ее выучить!
Должен признать, это было смело – вот так возражать шестикласснику.
– Мне жаль, чувак, – сказал Элайджа, вертя в руках свой бас. Но что-то не было похоже, что ему жаль.
– Так, давайте успокоимся, ребята, – закрыл глаза мистер Би.
– Мистер Би! – Эннио поднял руку, как на уроке. – Дело в том, что у нас троих это последний концерт перед выпуском.
Он показал барабанной палочкой на Гарри, Элайджу и себя самого.
– Ну да, в следующем году мы пойдем в старшую школу! – поддержал его Элайджа.
– Нам хочется сыграть песню, которая нам действительно нравится, – закончил Эннио.
– Но это нечестно! Это же
– В следующем году можешь играть что хочешь, – ответил Элайджа. Казалось, он готов сбить щелчком очки с лица у Джона. – Хоть «Пафф, волшебный дракон».
Остальные парни рассмеялись.
Мистер Боулз наконец открыл глаза.
– Ладно, ребята, хватит. – Он поднял руки. – Вот что мы сделаем. Посмотрим, насколько хорошо у вас получится выучить «Армию семи наций» за сегодня и завтра.
Он говорил, показывая на меня и Джона.
– Сегодня мы ее немного порепетируем. Мы также доведем до ума «Финальный обратный отсчет». Завтра мы посмотрим, какая песня звучит лучше. Но окончательное решение приму я, хорошо? Идет?
Джон с готовностью кивнул, а Элайджа закатил глаза.
– Так, давайте начнем с «Обратного отсчета». – Мистер Боулз дважды хлопнул в ладоши. – С самого начала. Давайте, ребята! С начала. Эннио, проснись! Гарри! Элайджа, давай, зажигай! На счет четыре. Раз. Два. Три…
Мы сыграли песню – и классно сыграли, хотя Элайдже и другим ребятам она не нравилась. На самом деле я подумал, что вместе мы звучим просто обалденно.
– Круто! – сказал Джон, когда мы закончили. Он поднял руку, чтобы дать мне пять, и я неохотно хлопнул его по ладони.
– Какая разница. – Элайджа отбросил волосы с лица.
Все оставшееся время мы разучивали «Армию семи наций». Но Джон постоянно ошибался и просил начать заново. Это было совсем не круто.
– Потрясающе, ребята! – воскликнула мама Джона, которая только что зашла в актовый зал. Она попыталась поаплодировать нам, держа мокрый зонтик под мышкой.
Мистер Би посмотрел на часы.
– Вот это да, уже 17:30! Бог ты мой! Ребята, у меня сегодня вечером концерт. Пора заканчивать. По домам! Все вещи надо отнести в подсобку.
Я принялся засовывать гитару в чехол.
– Поторапливайтесь! – Мистер Би убирал микрофоны.
Мы отнесли инструменты в подсобку.
– До завтра, мистер Би! – попрощался Джон, он собрался первым. – Пока, Элайджа, пока, Эннио, пока, Гарри! – помахал он. – До завтра!
Я видел, как вся троица обменялась взглядами, но все же они кивнули ему на прощание.