Другой предприимчивый делец, бывший фермер Нотт, построил на своей громадной ферме к юго-западу от Лос-Анжелеса имитацию поселения бывших золотоискателей. Теперь этот городок-призрак стал местом паломничества туристов.
Приезжий может не только посмотреть здесь на примитивные деревянные постройки «дикого» Запада 60-х годов XIX века и сфотографироваться, обнявшись с деревянным чучелом старателя, но и сам в течение часа или полутора испытать азарт поисков драгоценного металла.
За 25 центов желающий может взять на прокат оловянную миску и намыть для себя из песка в качестве сувенира несколько крупинок золота.
В рекламной листовке говорится, что хозяин городка тратит ежегодно на заполнение чанов золотым песком 10 тыс. долларов. Однако можно быть вполне уверенным, что в убытке он не остается.
На этом, однако, не кончается изобретательность предпринимателя. Для того чтобы вы целиком переселились в прошлое и почувствовали колорит прежней жизни, вас посадят в поезд со старомодными, скрипящими, как телега, вагончиками, и едва вы отъедете на почтительное расстояние, на вас с криком и стрельбой нападет шайка грабителей в техасских простроченных штанах и «шестигаллонных» широкополых шляпах. Конечно, это будет инсценировка.
Но еще большее впечатление, особенно на маленьких лосанжелесцев, производит другой сказочный городок — Диснейленд.
Парк Диснейленд, названный по имени его основателя и художественного оформителя, талантливого американского режиссера мультипликационных фильмов Уолта Диснея, принадлежит специально созданному акционерному обществу. Годовой доход Диснейленда превышает 4 млн. долларов.
Диснейленд одновременно является и художественной студией, и парком отдыха, и торговым предприятием, и мастерской, где выполняются сложные технические работы. Персонал парка насчитывает более 3 тыс. человек.
Немаловажная функция Диснейленда — показ с рекламными целями различного промышленного, бытового и прочего оборудования. Правда, эта функция прикрыта отвлеченностью оформительских тем, но реклама, столь характерная черта американской жизни, проникла и сюда, в этот по замыслу предназначенный для детей городок— сказку.
Не случайно на фоне сказочной экзотики диснеевских экспозиций перед вами поминутно мелькают знакомые названия рекламируемых американских фирм.
Здесь и «Дженерал Дайнемикс», которая за рекламные услуги помогает конструировать и монтировать сложнейшие технические устройства Диснейленда, и «Монсанто Кемикл», которая к чудесам Диснейленда присоединила чудеса своего собственного синтетического производства.
Рекламные возможности Диснейленда привлекли сюда и «Кайзер Алюминиум», и «Истман Кодак», и даже «Банк оф Америка», который в миниатюрном двухэтажном особнячке на Мейн-стрит совершает всевозможные банковские операции по желанию посетителей, включая расчеты по импорту и экспорту.
«Помилуйте, — подумаете вы, — для кого же тут реклама? Для детей и подростков?»
Отнюдь нет. Из более чем 18 млн. людей, посетивших парк с момента его открытия, лишь 6 млн. были дети.
Диснейленд открылся для посещения в 1955 году, но уже успел приобрести широкую известность. Сюда съезжаются туристы не только со всех концов Америки, но и с других континентов. Международный аэропорт в Лос-Анжелесе соединен с Диснейлендом специальной воздушной линией, по которой ежедневно курсируют вертолеты. Акционерное общество располагает даже своими отелями для приезжих.
Итак, мы в Диснейленде.
Миновав лающий, мяукающий и скрежещущий «отель» для кошек и собак, коим запрещено вступать на священную землю Диснейленда, и протолкнув животом входной рычаг, отсчитывающий количество посетителей, мы на минуту задерживаемся на площади Таун-сквер перед крупной надписью, повествующей о целях создания этого царства сюрпризов.
«Добро пожаловать всем, кто прибыл в нашу счастливую страну… Диснейленд — это ваша страна. Здесь взрослые вновь переживают минуты прошлого… Здесь молодые слышат зов будущего».
Углубившись в размышления о том, что же нас ожидает в Диснейленде — минуты ли прошлого или зов будущего, мы не заметили, как перед нами вырос исполинский битюг-тяжеловоз, словно сошедший с картины Васнецова. Однако он не грыз удил и не гарцевал нетерпеливо на месте, готовый к стремительному прыжку. Он был деловит, спокоен, добродушен и делал свой маленький ежедневный «бизнес».
Он был запряжен в миниатюрный вагончик на рельсах с открытыми бортами, похожий по расцветке на нашу табачную лавку. Со всех сторон вагончик был облеплен табличками, напоминавшими, что желающие прокатиться по главной улице Диснейленда — Мейн-стрит — на этом допотопном виде транспорта должны раскошелиться на 10 центов.
При самом въезде на эту улицу нас с шумом обогнал старомоднейший двухэтажный омнибус, наполняя воздух лающими звуками ручного, с большой красной резиновой грушей рожка. Еще один поворот — и мы на Мейн-стрит.
То, что мы увидели, превзошло все наши ожидания. Конки и омнибусы были лишь прелюдией.
