сентября. Утром приходил Яков, поговорил с полчаса * и ушел на должность: он служит в механическом отделении на здешней станции. Обещался хорошенько расспросить про адрес Сато, чтобы отец Николай в следующий раз мог без труда найти его. Как видите, здесь иногда приходится в буквальном смысле отыскивать блуждающих овец,. Иной и хороший христианин, но или не догадается известить сам о себе местного священника, или, что редко, хорошенько не знает, к чьему приходу принадлежит город, в котором он поселился. И вот живет без священника. От этого помаленьку может охладиться его вера и привычка к церкви. Окружающая языческая среда обладает замечательной засасывающей силой, ведь эта среда родная христианину по национальности и всему прошлому: устоять одному против нее трудно. Есть в такой отчужденности и еще опасность, свойственная, наверное, только японской церкви. Крещение здесь совершается исключительно священниками и только в смертной опасности дозволяется крестить катехизатору и вообще христианину (первому, впрочем, дозволяется совершать оглашение). Христиане наши усвоили это буквально. Поэтому, живет кто-нибудь из них в глуши, куда священник никогда не заглядывает, родятся у него дети, растут, становятся большими, но ни разу не подвергаются смертельно опасной болезни. Так они и остаются некрещенными. А раз дитя, тем более взрослое, еще не крещено, на него и смотрят, как на язычника, даже и молитве путем не обучают. Далее, идет языческая правительственная школа. После бывает очень трудно с такими детьми; если же родители умрут, то дети и совсем остаются в язычестве. Поэтому священникам и внушается никогда не забывать этой своей главной обязанно
сти, для которой и Христос на землю пришел.
В 9 часов утра выехали по небольшой ветви в горы, на
станцию Поронайбуто. Ветвь эта сделана для провозки каменного угля, богатые залежи которого разрабатываются недалеко от упомянутой станции. Мы ехали широкой зеленой долиной, направо — горы, покрытые густым, слегка уже желтеющим лесом, налево — извивается речка по своему неров-
ному руслу, за ней зеленые луга, а там опять лес и горы. Подъезжая к станции, мы еще издали заметили небольшую группу женщин и детей в праздничных костюмах. Это были наши христианки, пришедшие нас встречать. С ними был и катехизатор Поликарп Исии, с месяц тому назад перебравшийся в эту церковь. После первых приветствий и благословения мы отправились всей толпой в церковь. Идти нужно было через речку к противоположному краю долины, где, верстах в двух от станции, по склону горы серели большие деревянные здания и высокая такая же стена правительственной тюрьмы, а под ней в один порядок вытянулся поселок Ицикисири. Поселок этот сравнительно небольшой, всего домов в 200, занят по большей части служащими в тюрьме и вообще имеющими к ней какое-нибудь отношение. Кроме того, в особых казармах или бараках живут до 150 семейств тюремных надсмотрщиков.Православных здесь семь домов и из них шесть принадлежит надсмотрщикам (в том числе двое холостых живут в общежитии при другой тюрьме на расстоянии одного “ри” отсюда]..
Церковный дом наш внешностью поразить не может: в длинном бараке (“нагай", по-японски) нанято помещение, назначавшееся для лавки. Конечно, это крайне неудобно и непредставительно, но других домов здесь почти нет, постройка тюремная; строить для этой маленькой церкви особый “квайдоо” еще рано: пять семей и двое холостых человек, с их скромным содержанием, не в состоянии предпринять такую постройку. В небольшой комнатке висит несколько икон, перед ними богослужебный столик с деревянным самодельным трехсвечником. Вот и все убранство. В той же комнате живет и катехизатор со своей молодой женой (дочерью сап-пороского Григория Абе) и ребенком. Я отслужил обедницу. Пели катехизатор с женой, а потом стали подтягивать и кое-кто из предстоящих. Собралось с детьми человек 12—13, присутствовали все женщины и трое мужчин, не пришла только старая и глухая “обаасан”, мать одного из надсмотрщиков, да все, кого задержала служба (всех христиан здесь без катехизаторской семьи — 19 человек). Детей школьного возраста здесь всего два мальчика, да и те недавно пришли сюда вместе с их отцом Аароном Оно. Есть еще девочка Ольга,
дочь язычников; она наслышалась о Христе от здешних христианок и стала усиленно просить своих родителей позволить ей быть христианкой. Родители ей, наконец, позволили, и девочка, выслушав оглашение, теперь стала христианкой. Только она до сих пор еще не миропомазана: когда все было готово ко крещению и собрались все, кого следовало крестить., с девочкой вдруг случился не то припадок, не то обморок. Отец Николай поспешил преподать ей только крещение больных, а миропомазать почему-то не собрался. Теперь Ольга неопустительно ходит в церковь, дома у нее есть и иконка, я молитвенник. Бог даст, будет хорошей христианкой, да и родителей своих приведет ко Христу — примеров таких много в истории миссии.
