– Венера появилась на свет из морской пены. Девушка считалась поистине красивой и притягательной. Ветер принес богиню с золотистыми волосами на побережье Кипра, где она была встречена местными богами, подарившими ей драгоценную диадему. Куда бы ни ступала нога Венеры, всюду из земли пробивались красивые цветы. Однажды Венера повстречала простого смертного охотника по имени Адонис. Она полюбила его настолько сильно, что, находясь рядом с ним, забывала абсолютно обо всем: о своем божественном происхождении, о силе своей красоты. Рядом с Адонисом Венера ощущала себя бессильной и слабой, утопая в чарах любви. Однажды, отправив возлюбленного на охоту, она не знала, что он уже не вернется. На Адониса напал зверь. Когда Венера узнала об этом, то незамедлительно отправилась на его поиски. Она сбивала в кровь свои ноги о колючки и коряги. Из тех мест, куда попадали капли алой крови, вырастали розы. С тех пор розы и Венера считаются символами истинной любви. И Венера сияет на небе для своего любимого.
– Откуда ты знаешь столько легенд? – полюбопытствовал Николай, когда Аня отстранилась от него.
– В детстве я часто оставалась одна дома. Отец растил меня один, мама умерла еще при родах, и много работал. У него была своя фирма в Нижнем Новгороде. Много сил ему пришлось отдать, чтобы взрастить свое детище и обеспечить меня достойным образованием. – Аня сомкнула руки в замок и уронила их на колени. Корпус подался немного вперед, а глаза блуждали по асфальту. – Он подарил мне сборник мифов, чтобы я не скучала. Я приходила домой после школы, делала уроки и потом до позднего вечера не выпускала книгу из рук. Мне хотелось этими знаниями впечатлить отца. Он часто приходил домой выжатым как лимон, а мои рассказы заставляли его улыбаться.
– Тогда нужно отдать должное твоему отцу. Эти легенды действительно впечатляют, – сознался Николай. – Я не любитель таких фантазий и выдумок, но…
– Но эти истории могут растопить холодное сердце такого Мистера Серьезности, как ты? – пошутила Аня, толкнув Литвинова в плечо.
– Возможно, – Коля поджал губы и посмотрел в сторону.
Первые капли дождя упали Николаю на макушку. Он подскочил со скамейки, мигом стянул с себя кожаную куртку и создал купол над их головами. Капли били так сильно, что одежда начала прилипать к телу. Коля ощущал, как его пробивает легкая дрожь. Быстрым шагом они направились к машине.
– Ты ведь сейчас замерзнешь, – шмыгая носом, твердила Костенко.
– Не больше, чем ты, – буркнул Николай. – Просто возьми край куртки левой рукой, а правую ладонь дай мне. – Мы побежим?
– Выбирать не приходится.
Рука об руку, нога в ногу – они побежали по набережной Комсомольского озера, изредка поглядывая друг на друга.
Наутро у Николая поднялась температура. Проведенные в холодном погребе дни и вчерашняя прогулка поспособствовали ухудшению здоровья. Горло раздирало от сухости, тело охватил озноб. Проснувшись в поту, молодой человек кое-как разлепил глаза и, опершись на локти, приподнялся, чтобы проверить, который сейчас час. Был полдень, в это время «Снежные Барсы» заканчивали утреннюю тренировку и разъезжались по своим делам до вечера. Рухнув плашмя на подушку, Николай осознал, что соскучился по спортивному распорядку. Если бы не ватная голова и не жар, он бы уже завтра отправился на тренировку, облачился в хоккейную экипировку и скользил по льду.
Повернувшись на бок, Николай потянулся за мобильником. Предупредить Сергея Петровича ему казалось важнее, чем вызвать врача на дом, не потому, что Коле было плевать на свое здоровье. А лишь потому, что не так давно он уже подвел команду. И оставить «Барсов» в неведении во второй раз было бы предательством. Не вглядываясь в уведомления на дисплее, он перешел в режим быстрого набора и нажал на номер тренера. Послышались протяжные гудки.
– Алло, – прижав плечом телефон к уху, сказал Звягинцев.
– Здравствуйте, Сергей Петрович. Это Коля, – вяло проговорил Литвинов.
– Судя по голосу, дела у тебя плохи.
– Верно. Иммунитет у меня отвратительный… – Он тяжело вздохнул. – Но не волнуйтесь, к игре с «Ледяными Королями» я буду в строю.
Молчание. Звягинцев не произнес ни слова. То ли его что-то отвлекло, то ли он готовился вынести Литвинову приговор, который ударит по нему с удвоенной силой.
– Сергей Петрович…
– Коля, игра с «Ледяными Королями» состоится через три дня.
Николай оторопел. Он совершенно потерял счет времени. Свернув телефонный звонок и заглянув в календарь, он сначала удивился, а потом разозлился. Звягинцев говорил правду. Из-за отца Коля выпал из хоккея на пять дней, а из-за простуды – еще как минимум на три. Крепко сжав челюсти, он попытался подавить те недобрые слова, которые норовили сорваться с его уст. Вернувшись к звонку, Николай грустно произнес:
– Да, тренер.
