Аню будто ударило током. Она дрогнула и сильнее укуталась в черное замшевое пальто. Николай не понимал, то ли это от усиливающегося ветра, то ли от знакомой фамилии. Костенко нахмурилась.
– Ты его не можешь не знать. Он заменил на посту твоего отца. Как владелец казино попал в строительный бизнес?
Аня развернулась и собралась уйти, но Николай поймал ее за руку. На глазах девушки проступили слезы.
– Ты ничего мне не объяснишь? – давил Коля.
– Что? – вырвавшись из его хватки, прокричала Аня. – Что ты хочешь от меня услышать? Зачем ты вообще об этом спрашиваешь? Какое отношение этот человек имеет к тебе? Ах, может, дело в твоем отце, это он послал тебя сюда?
Ударив Николая кулаком в грудь, она пыталась дать себе разрядку. Однако тщетно. Злость не уходила. Она пыталась восстановить сбившееся дыхание и остановить слезы, которые скатывались по ее щекам. Обида вкупе с яростью буквально душили ее.
Коля положил руки ей на плечи, но Аня скинула их.
– Просто скажи мне одну вещь. Твой отец не по своему согласию передал права на «СтройНижВет»?
Аня осела прямо на асфальт. Белые джинсы были испачканы, но ее это нисколько не волновало. Смахнув слезы, она дрожащим голосом произнесла:
– Теперь это не имеет никакого значения.
– Имеет. Ты ведь не просто так побледнела в тот день, – ответил Николай, присев на корточки и с сожалением глядя на нее.
– Знаешь, что обидно? Ты встретился со мной не потому, что это важно для тебя. Ты позвал меня сюда потому, что это нужно твоему отцу.
Ее слова больно укололи Николая. Он хотел возразить на этот счет, но Аня не позволила ему этого сделать.
– Если между нами будет десять шагов, ты не сделаешь ни одного, – сказала она и встала на колени.
Николай обхватил ее за плечи и посмотрел в глаза. Он старался найти в них что-то от прежней Ани. Но не нашел. Он будто бы смотрел на Аню, а видел лишь ее тень. – Я готов сделать девять, только если ты шагнешь первой.
Костенко горько усмехнулась. Она не верила ни единому слову.
– И каков первый шаг? – ради интереса спросила она.
– Расскажи мне все, что знаешь о Морозове, – тихим голосом произнес Николай.
Аня оттолкнула Колю и встала с колен. Обогнув его, она медленным шагом побрела по освещаемой фонарями набережной. Николай не пытался нагнать ее, понимая, что дальнейший диалог будет крайне бесполезным и очень болезненным для них обоих.
На улице стояла глубокая ночь. Остановившись на пересечении двух дорог, Николай приоткрыл окно. Воздух в салоне стал горячим, и его тело буквально горело.
Истерика Ани не выходила у Коли из головы. Ее голос, сорвавшийся на крик. Ее холодный и ненавидящий взгляд. Ее пальцы, сжатые в кулак. Ее отчаянные удары.
Николай не хотел доводить Аню до такого состояния. Он и не думал, что разговор повернет в такое русло. Прокручивая этот момент в голове, он злился на себя и стал жалеть о том, что вообще предложил встретиться.
Коля не помнил, сколько времени провел в машине. Николая окружали лишь Дворец художественной гимнастики и жилые дома, в окнах которых уже давно не горели даже светильники. В ночной мгле он не замечал ничего. Он, словно погрузившись в транс, думал о том, могла ли их встреча закончиться иначе.
Из отрешенного состояния Николая выдернул рев мотора. Повернув голову влево, он заметил, как возле его «мазерати» остановился мотоцикл. Коля воспринял появление мужчины в кожаной экипировке и большом шлеме за чистую случайность, поэтому с безразличием отвернулся и завел машину. Пора ехать домой.
Незнакомец, упираясь ногами в асфальт, скинул с плеча черный рюкзак. Расстегнув молнию, он достал белый конверт и бросил прямо в приоткрытое окно. Письмо без адресата упало Коле на колени. Подцепив конверт пальцами, Николай повертел его в руке, а затем высунулся в окно. Когда он хотел спросить, не ветром ли занесло это письмо, было уже поздно: мотоциклист дал газу и уехал. Николай в недоумении смотрел тому вслед и пожал плечами. Положил конверт на сиденье и тоже хотел поехать, но, краем глаза взглянув на послание, передумал.
Не раздумывая, Коля вскрыл конверт, на лицевой стороне которого не было указано ни адресата, ни отправителя. Конверт с неизвестным содержимым забросили в салон его автомобиля намеренно. Следовательно, кто-то контролировал его перемещения все это время и просто выжидал подходящий момент. Просунув руку внутрь, Николай вытащил фотографию.
Он с досадой посмотрел на изображение. Внутри все всколыхнулось. Там, на фотографии, была запечатлена его мать. Вета Литвинова, счастливая, беззаботная и лучезарно улыбающаяся, вскинув руки вверх, стояла напротив многоэтажного дома. Николай видел этот снимок в датированном семейном фотоальбоме. Он был сделан за пару дней до ее гибели.
Рассматривая фотографию, Коля испустил протяжный вздох. Ему был знаком тот дом. Пять лет семья Литвиновых жила в многоквартирном доме на последнем этаже. Вета любила этот район: тихий, спокойный, облагороженный.
