Лиза смотрела, как Герда пытается убедить фрау Беккер выбрать другой колер, который будет ей больше к лицу, нежели серо-голубой: например, малиновый или сливовый – классические тона, которые в сочетании с темными волосами смотрятся особенно элегантно. Пока швея снимала мерки, заказчица жадно разглядывала рулон красивого пурпурного льна, по-видимому купленного Гердой еще до закрытия границы, но все же отрицательно покачала головой. Лиза знала, что партийцы себе ни в чем не отказывают, в том числе в дорогих тканях, которые портниха доставала из закромов кладовой, но что подумают люди, если жена политика позволит себе такую роскошь?
Лиза сняла с шеи сантиметровую ленту и принялась кроить, посматривая на раскрытый журнал заказчицы не столько для вдохновения, сколько из любопытства. На нужной фотографии красовалась модель в очевидно немагазинном костюме – жакет с рукавом три четверти и юбка-миди, – идеальном, как считала Лиза, для сборищ самодовольных аппаратчиков, где столы ломятся от еды и напитков, которые в гастрономах «Консум» не найдешь.
«Например, персики», – мечтательно подумала девушка, и у нее аж живот подвело от тоски по персикам, которых она за всю беременность не видела ни разу. В последний раз она их ела во время учебы в Свободном университете, а сейчас уже сомневалась, что до возвращения на Запад ей достанется хотя бы один.
Придется довольствоваться яблоками.
Она положила руку на округлившийся живот: до родов оставалось совсем немного. От Инге и Ули несколько недель не было вестей, но Лиза знала, что ребята заняты тяжелой работой. Всякий раз, идя по Рейнсбергерштрассе, она представляла, как прямо у нее под ногами жених орудует лопатой, пробивая путь к подвалу ее прежнего дома.
Ей не терпелось вдохнуть воздух Западного Берлина, но она не могла отрицать, что с каждым днем перспектива побега становится все рискованнее. На седьмом месяце и с большим животом Лиза двигалась неуклюже, поэтому в голову постоянно лезли тревожные мысли, что ползти по узкому тоннелю будет неудобно и даже опасно. А вдруг она застрянет где-то под Бернауэрштрассе? Или так перенервничает, что начнутся преждевременные роды? Она частенько просыпалась от кошмаров, что в тоннеле у нее отойдут воды, а ребенок окажется в неправильном предлежании, и хотя после пробуждения вспоминала, что весь путь на свободу займет лишь несколько минут, где гарантия, что она не задержит других беглецов?
Нужно было учесть слишком много факторов, ведь практически на каждом этапе что-то могло пойти не так.
И все же…
Она снова заглянула в «Сибиллу», задумавшись о том, что сулит красивая картинка. В отличие от прошлых выпусков, где модели напоминали безжизненные манекены на фоне тщательно продуманных декораций, эту девушку сфотографировали в разных районах Восточного Берлина: вот она идет по широкому бульвару недавно переименованной Карл-Маркс-аллее, вот танцует в народном парке Фридрихсхайн, а распустившаяся листва бросает на нее причудливую узорчатую тень.
Еще на одном снимке модель отдыхала на скамейке в метро. В плане стиля эффект достигался легко: пусть Лизе костюм казался безвкусным и устаревшим, девушка выглядела современной и беззаботной, будто ждала поезд, который с ветерком довезет ее куда угодно.
А ведь в последнее время пассажиры подземки старались лишний раз не смотреть друг другу в глаза, особенно когда проезжали ныне заколоченные станции Западного Берлина. Люди боялись перехватить чужой взгляд: вдруг незнакомец примет любую их эмоцию за желание вернуть все как было, когда поезда еще останавливались на каждой станции и открывали двери. Теперь же, если случайно нахмуришься или вымучишь улыбку, к тебе может нагрянуть тайная полиция, науськанная стукачом, жаждущим выказать преданность государству.
ГДР могла обещать что угодно, но Лиза прекрасно видела, сколько ограничений страна накладывает на своих жителей. Поэтому девушка была готова на все, лишь бы вернуться туда, где она ощущала себя свободной.
Отрезав от рулона кусок нужного размера, она разложила на нем сделанные Гердой выкройки для костюма фрау Беккер и стала прикалывать их к ткани, стараясь придвинуть поплотнее друг к другу. «Supraspinatus [23], – вспомнила Лиза уроки анатомии в университете и прикрепила к полиэстеру фрагмент для кокетки. Затем взяла кусок выкройки для плеча жакета. – Subdeltoid bursa [24]».
– Здорово выходит, – похвалила Герда, подойдя к помощнице сзади.
– Спасибо, – ответила та и выпрямилась, неловко сжимая опухшими пальцами сантиметровую ленту. – Симпатичный костюм. Думаю, фрау Беккер понравится. – Она потянулась за следующей деталью, половиной спинки, и разложила ее на полотне. Трапециевидная мышца. Мышца, поднимающая лопатку. – Жаль, что она выбрала серо-голубой. Ей гораздо больше пойдут розовые тона.
– Ей и голубой к лицу, – помешкав, произнесла Герда, залезла в карман рабочего фартука и достала оттуда ключи от ателье. – Мне сегодня вечером к дочке в школу. Закроешься сама?
– Конечно.
