Он выпил залпом до дна, и спирт обжег горло. Так странно обмывать пяточки младенцу, даже ни разу его не увидев. Интересно, устроят ли отец и брат Лизы такое же празднование и разделяют ли они его чувство несправедливости, что отца разлучили с его ребенком?
– За тоннель, – эхом отозвался Вольф, взял с блюда тост и жадно надкусил, явно проголодавшись за долгие часы работы. – Ну а раз мы сегодня совершили такой подвиг, будет справедливо и за нас выпить. Ули, скажи, теперь ведь придется переправлять людей в другое время?
– Боже, Вольф, дай ты ему опомниться… – простонал Юрген.
– Нет-нет, – покачал головой Ули, – вопрос резонный. Что будем делать?
– Боюсь, ответить можешь только ты сам, – вздохнула Инге и, положив ногу на ногу, откинулась на спинку кресла. – Подождем, пока Лиза окрепнет, или проведем остальных уже завтра, как и собирались, а потом придумаем другой способ протащить ее сюда вместе с ребенком?..
– Нет, – отрезал Ули. – Мы уже так далеко зашли, нельзя бросать Лизу. Нельзя бросать их обоих!
– Да, но ведь она только что родила, – возразила подруга. – Хочешь, чтобы она после такого ползла через тоннель?
– Нельзя откладывать, – возразил Вольф. – Мы сегодня прорыли шахту под подвалом. Не сегодня завтра ее найдут.
– Без Лизы мы ничего проворачивать не станем, – стоял на своем Ули, чувствуя, как запылали щеки. – Мы даже половицы не убрали, так что, если туда никто не наступит…
– Ули, очнись! – Вольф брякнул бутылку на стол, отчего из горлышка выплеснулась пена. – Ты не единственный, кто хочет перевести своих на нашу сторону. У нас еще двадцать шесть человек. Семья Юргена. Аксель. По-твоему, правильно заставлять их и дальше ждать?
– Да понимаю я. – Ули залез пальцами под очки и потер глаза; на него внезапно накатили отчаяние и усталость, которые он весь день подавлял. Когда он вообще в последний раз нормально высыпался? – Понимаю. Но другого шанса у нас не будет. Как только мы пробьем пол в подвале, пойдет обратный отсчет до того момента, когда нас обнаружат. Я хочу успеть переправить всех пораньше, но нельзя начинать до тех пор, пока Лиза и малыш не будут готовы к побегу.
– Тогда подождем какое-то время, – рассудила Инге. – Отец Лизы сказал, что ей придется провести в больнице как минимум неделю. Роды прошли тяжело, а она к тому же еще и запястье сломала. Ей понадобится время, чтобы поправиться… Да и малышу нужно подрасти. – Она тряхнула головой. – Перетаскивать по тоннелю младенца… к такому мы не готовились.
Инге закинула руку за спинку кресла, такая же изможденная, как и Ули. Сколько раз за последние месяцы она проникала в Восточную Германию? Сколько раз волновалась за собственную свободу и жизнь? Если протянуть с операцией, Инге придется ездить в ГДР снова и снова, встречаться там с потенциальными беглецами, пока парни сидят на Западе в относительной безопасности. Разве мог Ули и дальше подвергать подругу такому серьезному риску?
Он снова подумал о том, как его новорожденный сын растет в стране, где его с пеленок учат повторять стишки и песенки во славу социализма, мыслить так, как хочет партия, и строить ту карьеру, которую ему тоже навяжет партия.
И какой тогда у Ули выбор?
– Давайте прямо сейчас все распланируем, – предложил он. – Отложим операцию ровно на столько, сколько нужно Лизе: на месяц, полтора – сколько угодно, и потратим это время на то, чтобы сделать тоннель безопаснее. – Инге его слова явно не убедили, и Ули поднажал: – Мы всегда учитывали, что Лиза может родить раньше срока. Юрген, что скажешь?
– Будь на ее месте Биргит, я бы тоже хотел подождать, – осторожно ответил тот. – Мы столько трудов положили, особенно Ули. Второй раз нам такое не провернуть, и надо провести всех на Запад одномоментно. – Он перевел дух и хлопнул Вольфа по коленке. – Голосую за то, чтобы отложить операцию. За это время и вправду укрепим тоннель, улучшим вентиляцию, отметим рубежи. Аптечки раскидаем по всей протяженности. Может, даже найдем новых потенциальных беглецов.
Ули просиял, благодарный другу за поддержку.
– Инге, что думаешь?
– С точки зрения врача, дело рискованное, – тяжело вздохнула она, тщательно подбирая слова, – но выполнимое. Я тоже за то, чтобы подождать.
– Спасибо, – улыбнулся Ули. – Вольф?
– Еще месяц ожидания – это очередной месяц риска, что нас поймают, – нахмурился тот. – Мне было бы спокойнее переправить всех завтра. Но если Юрген говорит, что нужно отложить…
– Спасибо, друг! – Ули вскочил с места и перегнулся через стол, протягивая Вольфу руку. – Ну так что, решено? Подождем?
Юрген приподнял бутылку с пивом, а Вольф ответил на рукопожатие и подтвердил:
– Подождем.
