Иванов точно выдерживает боевой курс. Стрелки компасов замерли на цифре «240». Спокоен авиагоризонт. Застыл в нулевом показании вариометр. Руки командира уверенно сжимают штурвал. Штурман прильнул к прицепу, отсчитывая секунды, У самолета пролетают огненные трассы «арлнконов». Мечутся по небу бело-фиолетовые лучи прожекторов. Нет, бомбардировщик не свернет с линии боевого пути. Штурман видит, как знакомые ему стоянки вражеских самолетов вползают в светящийся круг прицела. «В самый раз!» — шепчет Стогин и нажимает на боевую кнопку.
— Сброс!
— Понял!
Уходя от разрывов, Иванов круто отворачивает машину от цели.
— Загорелись два «юнкерса»! — кричит стрелок-радист Иван Дегтярев.
— Так держать, Коля! — весело отозвался командир. Еще повесили «люстры» экипажи Юспина и Уромова. Невзирая на огонь ПВО, бомбардировщики упрямо идут к цели и разгружаются над ней, посылая на головы фашистов новые и новые порции огня и металла. При подходе к аэродрому мы с Николаем Рыцаревым насчитали в районе цели двенадцать пожаров.
Наступила в наша очередь. Я рассчитал курс, чтобы зайти с наветренной стороны аэродрома и повесить новую гирлянду «люстр». Бомбардировщики продолжают штурмовать вражеский аэродром. В повторном заходе самолет Иванова схватили прожекторы. Но и в этой трудной обстановке Стогин сумел точно послать на цель десять «соток». От их взрыва возник еще один крупный пожар. Схваченный лучами прожекторов «ил» подвергся интенсивному обстрелу зениток. Стремясь вырваться из светового пучка, Иванов бросил самолет в крутое пикирование. Вывел машину на высоте пятьсот метров. Оказавшись западнее аэродрома, летчик увидел прямо по курсу вражеский прожектор и принял дерзкое решение.
— Ударим с ходу! — сказал командир. — Первым бьет из пулемета Стогин, на выводе ведут огонь стрелки.
— Есть! — поочередно отозвались члены экипажа. Иванов направил «ил» на прожектор. Стогин уже лежал в носу кабины у пулемета и ждал.
— Огонь! — крикнул командир. Стогин нажал на гашетку, и огненная трасса ударяла в подножие светового клинка. Прожектор тут же погас, возник пожар.
— Вот так он лучше светит! — засмеялся Иванов. — Молодцы, друзья!
— Это им первый аванс за перенесенные муки в плену. Впереди не то еще ждет фашистов! — в тон командиру сказал штурман.
И капитан Н. Я. Стогин выполнил свое обещание. До конца войны он совершил 210 боевых вылетов, уничтожил много живой силы и техники врага, за что был награжден двумя орденами Ленина и многими другими правительственными наградами.
В первый год Отечественной войны А. А. Шевелев прибыл в наш полк с группой летчиков ГВФ и сразу же приступил к освоению новой для него техники. Комэск Рыцарев, сделав с Шевелевым несколько контрольных полетов, удовлетворенно сказал:
— Можете лететь на боевое задание.
Лейтенант Шевелев встретился у нас со штурманом Иваном Кутумовым и быстро сблизился с ним. Оба офицера имели хорошую летную подготовку. Как-то сразу они подружились и попросили у командира полка разрешения летать на задания в одном экипаже. Их просьбу удовлетворили. Радистом в экипаж был назначен старший сержант И. В. Бондарец, воздушным стрелком — сержант В. С. Воронцов.
Всем нам хорошо запомнился первый боевой вылет этого экипажа. Летом 1942 года самолет Шевелева в составе полка вылетел бомбить железнодорожный узел Крустпилс. Ночь была ясная, лунная. Шевелев уверенно пилотировал бомбардировщик. До цели оставались считанные минуты, когда летчик и штурман заметили вдали мчащуюся навстречу с зажженными фарами пару истребителей противника.
— Командир, зачем они зажгли фары, ведь и так неплохо видно? — спросил Кутумов.
— Страх нагоняют на нашего брата, — ответил Шевелев и, немного помедлив, добавил: — Нас они не видят.
Летчик принял решение не вступать в бой. Сделав пологий разворот, он с небольшим снижением повел машину на цель. Яростно стреляли вражеские зенитки, пытаясь сбить висевшие в воздухе светящиеся бомбы, не дать возможности самолетам прицельно сбросить бомбы.
— Боевой! — дал сигнал штурман.
Шевелев, уткнувшись в приборы, повел машину по прямой. Кутумов весь погрузился в боковую наводку и прицеливание. Вот он нажал на кнопку, и бомбы одна за другой пошли вниз. Они попали в какое-то здание, расположенное у входных стрелок. Возник пожар. Первое боевое задание выполнено!
Так начали воевать уралец Антон Шевелев и его боевой друг волжанин Иван Кутумов. Постепенно они стали признанными мастерами бомбового удара, с каждым боевым вылетом множили славу советской авиации.
Вместе с летчиками нашего полка Антону Шевелеву не раз приходилось бомбить Данциг, являющийся мощным бастионом немцев на побережье Балтики. В то время город и порт прикрывались мощными средствами ПВО противника. Это была цель первостепенной важности, а полет на нее — большим и серьезным испытанием выносливости, решимости и бесстрашия. И такое испытание экипаж Шевелева выдержал с честью.
