На вокзале в субботу – даже в начале июня – бесконечный хаос. Перроны и электрички полнились студентами, хотя сессия уже должна была быть в разгаре, снижая концентрацию помятой учебой молодежи, что едет на выходные домой – отъесться и отоспаться. Эля сидела у окна, слегка прижатая к стене Кириллом, и наблюдала за проносящимися за окном пейзажами. Можно было, конечно, поворчать, сдвинуть и Кира, и сидящую рядом с ним Мари, но ноги в коротких джинсовых шортах беспощадно прилипли к сидушке из кожзама, и отлепить их, казалось, получится только вместе с кожей. Оставляя это «наслаждение» на момент выхода, Эля смиренно варилась в спертом воздухе электрички, откровенно не понимая всей этой выездной романтики. Зеленое, куда они катились всей гурьбой, не так уж далеко от Минска, чтобы не взять, к примеру, каршеринг или такси – если уж трезвых водителей не предвиделось. Но для друзей Кирилла это было старым добрым ритуалом, совместным приключением и привычным ходом вещей. Эля ощущала себя чужой и старой. Она, конечно, не боялась поехать куда-то на электричке или ночным автобусом, пойти купаться на дикий пляж или сорваться в странное путешествие без забронированных отелей и четкого плана. Просто не видела в этом постоянной надобности. Да, можно иногда полихачить, но приятнее ехать в комфорт – к многочисленным друзьям, на удобном транспорте, с запасом денег, по продуманному маршруту. Так, наверное, и ощущается возраст, когда приключений все еще хочется, но удобных и приятных во всех аспектах.
– Наша остановка! Поднимайтесь, поднимайтесь, давайте! – Ванюша на правах именинника командовал настолько лихо, что Эля не удивилась бы, выйди в Зеленом сразу весь вагон, а не только их компания.
– Сейчас же еще идти надо будет с километр, да?
– Элеонора Александровна, хотите, мы вас понесем? – отозвался Ванюша, и треснуть его именинным запасом алкоголя прямо по голове захотелось с неимоверной силой.
– У тебя это чисто номинальный праздник. – Эля потрепала его по голове. – Ни ума, ни инстинкта самосохранения не прибавляется, Ванюш.
– Я ему то же самое говорю, – подхватила Оля, ведя за собой их нестройную толпу.
– Эй, ты на моей стороне должна быть! – Ванюша, замыкая собой процессию, искренне негодовал от такой подставы собственной девушки.
– Наивные мужики, – прошептала Эля на ухо Оле, и та рассмеялась. Наверное, из всей компании Кириных друзей она нравилась Элеоноре больше всех. Разве что в голове никак не складывался пазл их с Ванюшей отношений. Как они сошлись, почему до сих пор вместе и что красивую, уверенную Олю держит рядом с глуповатым, хоть и обаятельным Ванюшей.
– Сплетничаете? – Кирилл нарисовался за спиной с грацией истинного ниндзя – бесшумно и внезапно.
– Что за стереотипное мышление: раз две девушки говорят, то сразу сплетничают?
– Вот, кстати, да, от тебя, Киря, я не ожидала такого вообще: столько лет дружим, а ты вон как обо мне думаешь, получается! – Оля мгновенно втянулась в Элину игру, еще и тараторила так, что Кириллу и слово вставить некуда было.
– Знал бы, не знакомил бы вас, – в сердцах отмахнулся он и сбавил темп, чтобы поравняться с парнями, идущими чуть поодаль.
Через пару сотен метров лесных тропинок, каких-то зарослей и «вот здесь надо свернуть, я точно знаю, а нет, пардон, возвращаемся назад» показалась старая ржавая арка. Вернее, то, что от нее осталось. Эля даже пометку мысленную сделала погуглить, что за детский лагерь или что-то подобное было здесь раньше. Сейчас же в лесных зарослях лишь дырявые крыши старых зданий виднелись от входа.
– Надо было коттедж снимать, – вздохнул кто-то из ребят.
Эля злорадно усмехнулась, мол, не одна она тут такая, без лютого восторга от происходящего.
– Андрюх, не начинай! Сейчас поиграем, стол накроем, костер разведем – классно будет! Это вообще – мой день рождения, можете с большим энтузиазмом провести один денек так, как нравится мне, а?
Ванюша шагнул под арку, прокладывая путь остальным. Эле стало немного совестно: ее насильно никто не тянул, а раз уж согласилась ехать, то и правда стоило быть помилее с именинником. Человек знал, как хотел отпраздновать этот день, позвал с собой друзей, организовал все – не очень вежливо ныть о том, что это немного не твой способ развлекаться. Эля выхватила взгляд того самого Андрюхи – мощного, высокого парня, которого определенно будет видно за любым укрытием во время игры. Он не выглядел пристыженным, но и недовольство сползло с лица, уступая место спокойной расслабленности.
– Кто это? – уточнила она у Оли.
– Андрюха, коллега Ванюши. Он как-то пришел на нашу субботу настолок и остался. Он нормальный, только порой включает сноба. Ну, кто как рисуется, сама понимаешь, – хихикнула Оля.
Странно, что она не добавила: «Ты вот про возраст свой все время упоминаешь». Но, правда, Эля не рисовалась, а играла на опережение: всегда успеть пошутить про себя быстрее, чем другие. Это и безопасно, и весело, и такую самоиронию тренирует, что со временем все меньше цепляешься к себе и все больше превращаешь комплексы и проблемы в панчлайны.
