Мне страшно. И в то же время – нет. «Это лишь тело мое боится, а не я» – так говорила героиня романа Джека Лондона. Смотреть на себя словно со стороны – только так можно сдержаться. Потому что если я испугаюсь – то умру. Все, что было – это не реальность, а сон. Когда проснусь, то снова все будет как прежде – покой и безопасность, где самая большая угроза, это упасть с яблони в саду, а полиция это хорошие парни, готовые всегда защитить тебя от плохишей.
Но для этого сначала надо спасти Стефани. Потому что – если причиной происшедшего была та их дурацкая выходка с «проклятием вуду», то следующей (или даже более ранней) жертвой должна быть она.
И папа Стефани считался у черных жителей Де-Мойна если не главой, то одним из тех, кого слушают все. А еще он тоже воевал – на последней Великой войне. Вот пусть он и разбирается с этим мистером Вудом!
Ехать пришлось на фургончике с логотипом – Вуд сказал, что эта машина ему привычнее. Аманда села в кабину, прижимаясь к правой дверце, готовая выпрыгнуть на ходу, если ее спутнику придет в голову что-то плохое. Но также она вжималась в спинку сиденья при виде постовых полицейских или встреченных полицейских машин – все эти «служители закона» сейчас казались ей не защитниками, а сообщниками убийц. И если они заметят, и остановят – то отвезут ее, Аманду Смит, на то же место, положат на камень и зарежут «именем Иисуса Христа».
Но никто из не остановил. Они подъехали к «Джунглям» – где должны быть Стефани и вся компания. Аманда повела своего спутника не через парадный вход, для всей публики, а в двор, через заднюю дверь для персонала – зная, что вечером она часто бывает не заперта, ну а все помещения и проходы внутри клуба были Аманде хорошо знакомы, Стефани водила ее тут не один раз. Будь Аманда одна, она бы первым делом бросилась бы в зал, искать друзей – но надо было куда-то пристроить этого мистера Вуда. Уже вечер – и мистер Браун, отец Стефани (и хозяин заведения), должен быть здесь. И если он сейчас не внизу, возле эстрады или у барной стойки – то сидит в «офисе», комнатке за кулисами.
– Мистер Браун, скажите, Стефани сейчас здесь? Ей угрожает опасность. Меня только что пытались убить, это не шутки. Это мистер Вуд, он тоже солдат, как вы – и он меня спас. И у меня есть серьезные основания считать, что Стефани – следующая.
Только не истерить! Как в том фильме – где глупенькая героиня, чудом вырвавшись из рук злодея, видит на улице патрульных полицейских, подбегает к ним – и не может внятно объяснить, вопит что-то нечленораздельное, и ее принимают то ли за пьяную, то ли за сумасшедшую. И гангстер подходит, спокойно и уверенно объясняет, что «это моя жена, мы с ней немного поссорились», и утаскивает за руку в темный переулок.
Хозяин «Джунглей» нажал кнопку, и в комнату заглянул Джимми – молодой негр, который был в клубе кем-то вроде доверенного помощника (и вышибалы).
– Джимми, найди в зале мою дочь и приведи сюда. Быстро и без шума.
И, уже обращаясь к Натану:
– Я Эйб Браун, владелец этого заведения. В сорок четвертом – 16-я пехотная, сержант, «Серебряная Звезда» за Гавр. А вы откуда – Вьетнам? Армия или морская пехота?
– Морская пехота, Третья дивизия, – ответил Вуд, – почти год зеленого ада, медаль «За отличие». Там дико свезло, что даже ранен не был – а тут едва не убили, обозвав коммунистом. Сами же ваши полицейские – оказывается, и у вас тут «истинная церковь» есть, как во Вьетнаме. Только там на алтаре настоящих коммунистов режут – а тут хотели сначала эту белую мисс, а затем и меня.
– Слушаю вас очень внимательно, мистер Вуд, – отец Стефани весь подобрался, явно поверив. – Да, а отчего вы уверены, что эти люди были копами?
Тут распахнулась дверь – и вбежала Стефани. А за ней – Кэти, Боб, Том, и Майк Брайсон.
– Спарки, что случилось?
Аманде, а затем и Натану, пришлось подробно рассказать всю историю.
– Ну ты даешь, Спарки! – заметила Кэт. – Это ж прямо хоть в кино про гангстеров и продажных копов!
– Но как же это… – растерянно спросил Боб, – чтоб и полицейские, и шериф? Мой папа с Тернером знаком – он мужик правильный.
– Так голос твоего папы был не из последних, когда шерифа избирали, – возразил Том, – он для шерифа «свой». Ну как в фильме «Перестрелка в Южном Бронксе», помните, что там сержант Мэллори говорил? «Свои, это моя стая, а чужаки – дичь».
– Одну минутку! – прервал разговор мистер Браун. – Стеф, быстро позови Джимми, он за дверью ждет. Джимми, на улице у входа стоит грузовичок с надписью «Веселый колбасник» – надо чтоб его там не было. И лучше, чтоб его подольше не нашли – или не нашли бы вовсе. Так что отгони его… ты знаешь куда. Мистер Вуд, ключи? В зажигании оставили – отлично!
И продолжил, когда Джимми исчез.
