Разговор явно был закончен, и Гарри, пробормотав пожелание доброй ночи, спиной вперёд выбрался обратно в коридор. Ему показалось, что там было ужасно холодно по сравнению с жарко натопленным кабинетом, или же это Гарри всё-таки начало подбрасывать от страха. Просьба не волноваться возымела совершенно противоположный эффект. Как можно не волноваться, если Гарри теперь постоянно будет думать, что Снейп готов намеренно утопить себя, продолжая искупать вину? А ведь винить его имел право один Гарри, и он больше не винил… только профессор пока этого не знал, а попасть к нему было нереально. Даже если убежать из дома, Гарри сам не доберётся до той волшебной больницы, лишь потеряется, заблудится и попадёт в очередные неприятности. Оставалось то, что Гарри больше всего не любил: ждать и надеяться, что сеньор Росси не обманул, что сможет договориться с неприступным целителем и что будет ещё не слишком поздно.
Сам он в ту ночь так и не уснул, слишком уж сильны были переживания, поэтому с благодарностью принял от Торри зелье Сна-без-сновидений. Сеньор Росси всё-таки хороший человек, раз понял, что Гарри оно может потребоваться. Нет, он очень хороший, добрый человек: до последнего заботился о своём ученике (в то время, как кто-то другой уже давно бы разочаровался в нём и бросил), Гарри принял, возился с ним. Понятно, что он не всемогущ: Гарри и вечером следующего дня, и через день, и через два призывно спрашивал сеньора, но пока пробить оборону целителя у того никак не получалось. С одной стороны, это заставляло Гарри ещё больше нервничать, с другой же, итальянские авроры, карабинери, как они назывались, тоже не могли попасть к профессору и допросить его. Разговаривать с Гарри они, как сказал сеньор, больше не хотели, предпочтя ребёнку совершеннолетнего мага, который был гораздо ближе к Альбусу Дамблдору. Обидно не было нисколько, зато волнение за профессора стало ещё сильнее. В голову лезли всякие глупости, не только о том, что Гарри не успеет, и Снейп обвинит себя во всём перед карабинери, но и о том, например, что он вообще не захочет встретиться.
Теперь уже Гарри не боялся любого появления сеньора Росси, а ждал его с нетерпением. Ждал, когда можно будет отправиться в магический госпиталь и поговорить с профессором. Будь тут Ликси, она бы поворчала, посокрушалась, но переправила бы его к хозяину, а Вигго и Торри подчинялись сеньору и на такие приказы Гарри не реагировали. На просьбы они тоже не реагировали, Гарри пробовал. Сговорились, нарочно! Он, наверное, сойдёт с ума от нетерпения и ожидания, прежде чем ему позволят увидеться с профессором. Поэтому Гарри поначалу и не поверил, когда через ещё через пять невыносимо долгих дней сеньор позвал его к себе в кабинет и велел собираться.
— Но куда?
— В госпиталь. Ты же не передумал ещё встречаться с Северусом? — сеньор как будто пытался пошутить, но глаза у него оставались серьёзными.
У Гарри пересохло во рту, сама душа словно воспламенилась от восторга, предвкушения и волнения. Наконец-то они увидятся, и Гарри отговорит профессора от самоубийственной идеи сдаться итальянским карабинери! Своего учителя Снейп мог и не послушать, как уже бывало, но так и Гарри — не пустое место! Собрался он в рекордные сроки, благо Торри держала весь его гардероб в идеальном состоянии; Гарри даже не поленился, а помчался в ванную: ещё раз почистил зубы, помыл шею и уши, тщательно расчесался, чтобы предстать перед целителями и самим Снейпом максимально аккуратным, вежливым и воспитанным. Нужно показать, что он не тратил время зря и не страдал ерундой, а самообразовывался, занимался, работал над собой. Как бы это помогло в процессе убеждения профессора, Гарри не очень представлял себе, но всё равно думал, что пригодится.
В Больницу дожей, располагавшуюся в Венеции, сеньор переместил его камином. Гарри уже один раз довелось путешествовал этим видом магического транспорта, тогда он проделал обратный путь, из больницы в дом сеньора, и ему не понравилось. Но ради своей миссии можно было и потерпеть, так что он смело шагнул за сеньором в изумрудное волшебное пламя. Появились они в светлом и солнечном из-за нескольких огромных окон фойе, где сеньор не дал Гарри толком осмотреться, а сразу же велел идти к лестнице.
— Ни к чему, чтобы тебя видело много людей, — пояснил он. — Тогда твоё местонахождение перестанет быть секретом.
Гарри задался было вопросом, почему они пришли в общественное фойе, разве нельзя настроить камин в кабинет целителя Скантини, например, и сам ответил себе. Наверное, всё же нельзя. С самим колдомедиком увидеться не получилось: сеньор заглянул к нему на пару минут, а потом повёл Гарри дальше по коридору между палатами и остановился возле одной из них.
— Подожди минутку.
