Пока я изучала пол без движения, он молча смотрел на меня, а после осторожным движением поднял мое лицо за подбородок, проведя пальцами по щеке. Пришлось истратить силы, чтобы никак не реагировать на это — если я шарахнусь на глазах у других, это скажется на стороннем мнении. Я же хочу домой, поэтому для других придётся побыть Светлейшей Факиритой. Немного, но придётся.
— Ты тоже не забывайся, — напомнила я, нахмурившись. Для внутренней княгини быть собой легче лёгкого, а вот мне изрядно треплют нервы все прикосновения Маэрора, его слова… Они зовут княгиню обратно, а ведь мёртвые должны спать спокойно.
— Я помню, — кивнул князь, отходя к дверям. Я сама проверила завязки и последовала следом.
В коридоре Светлейший чуть не столкнулся со спешащим с палубы Хальвадором. Маэрор успел уйти в сторону, но я, закрытая широкой спиной нелия, чуть было не сотворила в проходе пробку. Изумрудный Князь же отреагировал быстрее — цепко взял за предплечья и отодвинул к стене, радостно улыбнувшись.
— Почти на месте, — шепнул он, коротко коснувшись пальцами моего лба. Меня как молнией прошило призванным искаженным вариантом Водного Зеркала. Я даже затормозила, продолжая путь. От смущения я и глаза опустила, но взгляд мгновенно обнаружил обувь Светлейшего.
Прокол! — У меня холодок пробежал по спине, а за ним ударил обжигающий хлыст — я услышала голос Хальвадора, догоняющего нас. Боясь уже его взгляда, я прибавила шагу, обгоняя Маэрора.
Корабль заметно оживился. Уже начинали спускать паруса и поправлять оставшиеся. Пусть солдаты остались недвижимыми истуканчиками, но служивые на борту суетились из последних сил. Я заняла место по левому борту, вглядываясь в быстро приближающуюся полоску земли, которой совсем недавно не было видно. Над головой появились чайки. Я проследила за полётом некоторых, позабыв совершенно обо всем. И, наверное, так всё так бы и продолжилось, если бы я не почувствовала позади чьё-то присутствие. Я не обманулась — вскоре рядом с моей рукой на резной борт корабля легла уже знакомая ладонь.
— Ещё не в Игле, а уже в висках стучит, — хмуро пожаловался Светлейший, прижавшись к моей спине. Ткнувшись носом в затылок, он еле ощутимо поправил выбившуюся прядку, задев пальцами шею. — Императору, наверное, не терпится нагрузить нас делами.
— Их так много? — я решила поддержать разговор, хотя внутри меня уже начинало колотить от волнения.
— Я только-только разрешил последние, а год закончился, — справа руку у предплечья сжал Маэрор, не прерывая разговора. — Крепости и ближайшие деревни во многом нуждаются. Торговля, содержание, помощь. Где-то недостает продовольствия, а откуда-то следует вывозить излишки. И это — только политика между Крепостями. Сколько её помимо остального… Лучше не задумываться лишний раз. Просто отдыхай.
— И что мне делать предложишь? — обиделась я, нетерпеливо поведя плечом. Князь ослабил объятие, погладив по руке.
— Библиотека, прогулки по городу, императорские сады, храмы Старших учителей. Иногда я смогу присоединиться к тебе. Хали вряд ли заставишь — будет носиться со своей девушкой, — я не заметила изменения в голосе Маэрора, но о последнем он говорил как-то слишком отстранённо.
— Иногда? — мысль о том, что нелия не будет поблизости, впервые меня посетила, и это сказалось на храбрости — я изрядно струсила, вспомнив рассказы Зарахи о размере города и замка. То, что я буду совсем одна в такой громаде…
— Дела, Рита. Очень много. Мне придётся тебя оставить. Зарахи будет рядом, да и Кэлли тоже, — успокоил Маэрор. Я немного расслабилась, подняв глаза и наблюдая за приближением берега.
***
Поначалу тонкая полоска была единой, но уже спустя несколько минут произошло разделение на скалы и лес — чернота окрасилась зелёным и тёмно-серым, и именно из серости появился он — тончайший, но все равно заметный, пик. По мере приближения он рос в высоту, хоть и продолжал оставаться тонким. Леса остались в прошлом, лик города медленно вырисовывался — серость разделилась на множество крепких скал — одни были разрушенными, другие менялись, становясь небольшими сторожевыми башнями.
Пара кораблей начала вход в бухту, рождённую широкой рекой, что поделила столицу пополам. Но стихии не дали совсем разделить замок и поселение — огромный мост, перекинутый через поток, возвышался на толстых каменных опорах, захватывал величественностью. Вот только рядом с теперь полностью видимой Крепостью он вообще казался мелочью — громаднейшая башня, которую я только видела, уходила ввысь. Если бы на пиках не было видно крошечных флагов, я бы посчитала твердыню игрой своего разыгравшегося воображения.
— Твою мать!.. — хрипло пискнула я, чувствуя, как на глаза от ужаса величия наворачиваются слёзы. Губы задрожали — это здесь-то я буду одна? Маэрор снова ткнулся в затылок, и я услышала его приглушенный смех. — Какая громада!
— Есть такое, — негромко согласился князь.
