Почти все пространство громадного зала занимал поистине гигантский артефакт. Алисса взглянула на него и издала приглушенный вскрик. Владыка повернулся к ней и спросил:
— Лисси, что…
— Это накопитель, о котором я рассказывала. Но он был пуст и мертв! — потрясенно прошептала она, глядя на едва светящийся странным голубоватым сиянием артефакт, — рея Лиасса, что…
Девушка повернулась к ней, взгляд ее был полон странной горечи и одновременно уверенности в себе:
— Теперь я знаю, что это был за зов. Владыка, рен Атисс… Окажете ли вы помощь Эранту против тварей Древних, если откроются Пути?
— Если Пути откроются, наша армия выступит на помощь немедленно, — ответил Владыка, — клянусь честью.
Девушка кивнула и произнесла:
— Я принимаю вашу клятву. Если я погибну, передайте моей семье, что я люблю их.
Резко развернувшись, она шагнула к накопителю, закричав:
— Ты звал меня? Я здесь!
Шаг, другой, и вдруг артефакт полыхнул ярким сиянием, ослепляя невольных зрителей. Когда же они снова смогли открыть глаза, то увидели, что Лиасса исчезла, а в воздухе кружатся бледно-голубые искры…
Лиасса растерянно оглянулась по сторонам. Так темно…
— Где я? — прошептала она.
Ей ответило эхо, снова и снова шепча со всех сторон: «где я, где я, где я»…
Девушка сглотнула и потерла лоб, пытаясь вспомнить, что произошло только что, но все, что пришло на ум — то, что она о беседовала с Верховной о магии. А теперь стоит в странном месте с гулким эхом, в кромешной тьме!
Стоило ей подумать об этом, как перед ней вспыхнули белоснежные нити, сплетаясь в невероятно сложную паутину. Лиасса недоуменно качнула головой и прикусила губу, рассматривая странное плетение. Вдруг часть линий потухла, и она поняла, что стоит на одной из них, извилистой словно путь идущего из трактира пьяницы. Тут и там на ней были разбросаны узелки, то большие, то едва заметные, и от каждого узелка отходил обрывок нити, точно опаленный огнем. Еще раз оглядевшись по сторонам, Лиасса не увидела ни стен, ни потолка: казалось, здесь была только тьма и нити…
— Что это? — девушка сама не знала, кому задает этот вопрос. Она ожидала снова услышать эхо, но вместо этого услышала ответ, произнесенный странным голосом: тихий и мягкий, он, казалось, пробирал до костей.
— Это линия жизни, плетенье судьбы… Каждый узел — решение, какое-то более важное, какое-то — менее… Делая выбор, ты всякий раз безвозвратно уничтожаешь другой вариант своей жизни… Чем больше узел, тем сильнее могла измениться жизнь, прими ты иное решение…
— Но почему тогда… — Лиасса оглянулась назад. Там, пылая белоснежным огнем, пульсировал узел, от которого отходили две линии: на одной стояла она, вторая вела куда-то в сторону.
— Потому что это не решение, а событие, от которого зависело многое. И ты здесь чтобы решить, произойти ли ему. Смотри, дитя…
Узел выстрелил языком белого пламени, повисшим в воздухе, оно надвинулось на Лиассу и неожиданно ласково обняло её. Белоснежный вихрь закрутился вокруг нее и опал, а девушка вздрогнула, обнаружив, что неведомая сила перенесла ее на поле боя. Отшатнувшись от воздушной плети, она споткнулась и упала, заметив, как арбалетный болт с отвратительным чавканьем входит в глазницу молодого кшаси. Она вскрикнула и бросилась к нему, пытаясь прикоснуться, помочь — тщетно, ее руки прошли сквозь его тело. Лиасса опустилась на колени и заплакала, глядя на то, как умирает ее отец, и чувствуя полное бессилие и беспомощность.
Миг — и она снова очутилась в том странном месте, а голос продолжил:
— Тот болт вовсе не обязательно должен был попасть в него. Хочешь увидеть, что было бы, не случись этого?
— Дда… — дрожащим от слез голосом ответила девушка.
— Смотри же…
Вспышка.
— Ты уверен? — Дасс хмуро сдвинул брови, — неужели она действительно так важна для тебя?
— Я люблю ее и хочу, чтобы она стала моей женой, — голос Ассира тверд, — я найду Минну во что бы то ни стало! Мы и без того были в разлуке так долго! Сейчас, когда война наконец закончилась, я могу вернуться в Ронтар!
— А если она вышла замуж?
— Я верю, что она меня ждет. Может, это глупо, но пока я не уверюсь в том, что это не так, я буду надеяться.
— Упрямец!
Вспышка.
— Я хочу видеть Минну!
Ледяной голос Ассира заставил Ярину поежиться, но она не подала виду, поджав губы и презрительно усмехнувшись:
— Так это ты ее обрюхатил? Что, даже и не знал, что она в подоле принесла? Мало того, что родила ублюдка, так еще и от врага!
— Ассир?! — мама, молодая и красивая, смотрит на него полными слез глазами. Он бросается к ней и обнимает, шепча о том, как сильно ее любит. Она плачет, целуя его и говорит о том, как ждала его…
Вспышка.
Сильные руки нежно обнимают крохотную девочку, гладят ее черноволосую головку, мужчина целует ребенка в лобик и шепчет: 'солнышко мое маленькое'. Дитя доверчиво прижимается к отцу, обнимая его за шею и блаженно закрывая глаза, так похожие на материнские…
Вспышка.
— Мама, это моя жена Минна и наша дочь Лиасса. Надеюсь, ты примешь их не только в нашем доме, но и в своем сердце.
Рея Нассия растерянно улыбается и кивает:
