Вот так вот должны выглядеть дома, в которых живут люди.
Вот так вот ходят люди.
Вот так вот люди пьют воду.
Вот так вот ездят автомобили.
Лето кончилось.
Главное – не оборачиваться.
«Это больше походит на правду».
Ну вот! Теперь каменщик может спокойно вернуться к своей стене…
Откуда-то сверху раздался задорный звонок, характерный скорее для школьных коридоров, нежели для киностудии. Звуки улицы стихли, как и голоса за кадром, искусственное солнце перестало жарить, труппа и все работники сцены синхронно побросали свои дела.
Рвётся плёнка: прежде чем разойтись, нужно подготовить сцену к завтрашнему дню. Декорации города на незаметных глазу колёсиках укатываются в закулисное пространство, на их место устанавливаются однотонные стены; рыхлая трава с песочными проплешинами и тротуарная плитка скатываются в рулоны, оголяя паркет Надиной квартиры; скамейки, урны, фонари, картонные деревья, вывески заменяются на оттоманку, кофейный столик, тарелки с бутафорским салатом. Всё для того, чтобы завтра вернуться сюда и продолжить костюмированное представление.
– Наконец-то! – махнул рукой звуковик (в миру – крупный промышленный магнат). – Хорошо поработали!
– На сегодня всё, ребят, общие сцены закончили! – ответил режиссёр со своего режиссёрского стульчика. – Вы были безупречны!
– Mutually, – по-змеиному шепнула небезызвестная психолог.
– Спасибо! До свидания, – вторили статисты, и дальше их путь лежал у кого в сенат, у кого в академию наук, у кого в суды.
– Рассчитываю на вас!
Режиссёр, один из немногих присутствующих, чья ритуальная функция соответствовала секулярной, задержался ненадолго, сверился с планом съёмок и, самодовольно кивнув закреплённой на кране камере, оставил зал в тишине. Жаль бедолагу, не может же он не видеть, как дурно играют его актёры. Элита элитой, а с текстом лажают, переигрывают, смотрят в объектив – одним словом, занимаются тем же самым, чем и на своих должностях в повседневности.
– Жалкое зрелище – тоже зрелище.
Организацию взаимодействия между различными подразделениями NOS было принято доверить самой «системе», строгая иерархия и субординация показали свою низкую эффективность (не в последнюю очередь из-за персональных амбиций и насиженности, ограничивающих вертикально ориентированные структуры). Так, для изучения феномена «свечения» куда эффективнее зарекомендовала себя организация, основанная на принципах того же свечения. Границы подразделений NOS со временем размылись совершенно и сохранились лишь на бумаге для обозначения актуальных целей. Даже решение стратегических задач и их реализация падали спонтанно на плечи всех без исключения участников в зависимости от указаний «системы». Поэтому временами и получалось, что перед камерами на съёмочной площадке кривлялись политиканы и прочие сильные мира сего.
Никто не замечает старого Суфлёра, никто не обращает внимания на его будку. А он там, сидит себе скромно в пыльной глубине. Они думают, что невыученный текст сам зарождается в их легкомысленных устах! Что ж, значит, всё он делает правильно. С большим трудом старик вылезает из углубления в сцене, кряхтит, бордовеет, задыхается, стонет, но никто и руки ему не протянет. Пылинки в свету бережно окутывают дряхлость его тела, кара небесная.
– Кара небесная!
Взмывает пушисто с паркета не пыль, но реплики, не люди, а обрывки фраз, горькие интонации, всхлипы – лицедейство, да и только! Они цепляются за особняки и яхты, забываются в мерном гуле, сдавливающем горло тишине. Никто не верит друг другу, и тем не менее у всех находятся собеседники, только старому Суфлёру приходится маяться в одиночестве да понарошку разыгрывать наши партии чужими устами.
Смыслы, смыслы, смыслы, порождённые, чтобы изменить мир, соотнести бесстрастный космический уклад с человеческим вектором.
Ну и куда, куда же ты запропастилась? К кому мне теперь обращаться? Подсунула вместо себя девчонку, решила дёшево отделаться. Впрочем, это так на тебя похоже. В самый ответственный момент запустить цикл обучения сначала… Для меня игра затянулась, настало, видимо, время и мне оставить свой пост. Следующего цикла мне не застать. Надо бы всё обдумать хорошенько.
В определённый момент из коллективно-этанолового (бес)сознания всё чаще стали проступать сигналы апокалиптических событий, случайные флуктуации приобрели массовый характер, и никаких сомнений относительно назревающей паники быть не могло. Оперативный отдел приступил к подготовке диверсии невиданных доселе масштабов. И в то же время у ряда исследователей зародились подозрения в том, что первоисточником этих сигналов являются не конспирологи, а сама «система», точнее, часть её, скрытая в недрах инкапсуляции. Данная гипотеза быстро была отнесена к истерическим, но тем не менее внутреннее расследование – вяло, бесхребетно и без должного финансирования – было начато. Того требовали правила NOS.
