На календаре помечены: террористические акты, обвалы рынка, экологические катастрофы, паника среди населения, повсеместные поджоги, кризис власти, великое переселение народов, миграционный кризис, несмешиваемость культур, непереносимость лактозы и обильная рвота, диарея, лихорадка, самоустранение гуманитарных институтов, petitio principii открытого общества, чрезмерный иммунный ответ, воспаление, нарывы. Ты была очаровательна, когда вечерами выводила аккуратно знак на пурпурных конвертах и запечатывала их сургучом, приучая нас к изящности в мелочах. Апофеоз скрупулёзности! Ни одной лишней запятой: все твои шутливые прогнозы подводили нас прямиком к ночи.
NOS изначально занимал поиск наименьшего общего знаменателя, необходимого для точного решения проблемы человеческого неравенства. Проще говоря: необходимо найти самого ничтожного, так называемого последнего человека для того, чтобы по нему равнять остальных без остатка. Разве высокий уровень интеллекта – это не источник притеснений? Духовные идеалы – не оправдание эксплуатации? Красота – не фашизм? Несомненно.
Но не только неравенство волновало NOS, самый кончик его в кулуарах утыкался в проблему истории и самого бытия как такового. Как известно, хочешь взобраться на вершину – обращайся к тому, кто изнемогает у подножия, ибо таков круговорот власти: угнетатель и угнетённый всегда меняются местами. Выброшенному за борт так просто, пользуясь соображениями угнетённости, легитимировать репрессивные методы по отношению к лицемерному благополучию общества, в котором давеча не нашлось ему места. Формула, закалённая кровью и временем: слабый приходит на смену сильному, сильный приходит на смену слабому – и каждый следующий виток истории порождает всё больше фрагментов безумия и разочарования…
Как не хватает старику беспечных вечеров за кружкой дымящейся черноты!
Хочешь вкусить человеческой плоти – чаще взывай к справедливости. Так учила ты. Что, как не справедливость, бередит общественную мысль, что, как не справедливость, стремится быть универсальным ответом? А универсальность – это всегда насилие, дуло у виска.
Ищи эту брешь! Корми эту брешь! Обещай достойное существование всем подряд, и особенно тем, кто меньше всего его достоин: пусть рвут друг другу глотки за право колыхать воздух. Наслаждайся зрелищем. Ведь стоит только твари бесправной принюхаться к накрытому столу, она будто стафилококк в чашке Петри: пока не захватит всю питательную среду, не остановится. И уж в последних-то руках даже пытки и те воссияют всенепременно добром!
История справедливости громогласно вышагивает по лестнице измельчания, но рано или поздно ей придётся повернуться вспять. Человек со всем его трагическим багажом как можно скорее должен свестись к одномерности. И этой одномерности – бездушной, всеми презираемой, порочной, трусливой, трясущейся, но дотошно логичной в своей рефлективности оболочке – нужно вручить красную кнопку и засечь время! Такова торжественная гекатомба во имя гуманизма! Ночь грядёт, ночь с нами… всегда. Она сопутствует началу и заре!
– Бом! – громыхнули советские часы. Что-то навязчиво скреблось где-то справа и сверху. На мгновение старик забыл, где именно находится, и, чтобы исключить двусмысленность, он задул свечи, развёл шторы и выглянул наружу: многоэтажки многоэтажками; вооруженному подзорной трубой так куда лучше видно, в горящих окнах обитают души, кухоньки кухоньками, курят себе на балкончиках, что-то произносят, но куда больше – умалчивают, что-то привносят, но куда больше – потребляют. Хорошо, но как провести линию раздела? Суфлёр твёрдо держал трубу, так стоять он мог часами, и изображение под сдвинутыми бровями ни разу бы не вздрогнуло. Сейчас как никогда ему нужна была подсказка, он задержался на одном окне, обставлена квартира была как-то странно: красные стены, оранжевые глянцевые шкафы, угольно-чёрное постельное бельё и яркое освещение, чтобы было видно каждую деталь.
«Хм, и как я раньше не замечал сего экспоната?»
Потянулся за бокалом бордоского тысяча девятьсот девяносто шестого, которое заблаговременно налил из бутылки с истлевшей от времени этикеткой, отвлёкся от точки на секунду, а там и свет погас. Надо бы свериться со своими записями относительно всех жильцов близлежащих домов (невинное хобби).
