В этот раз он почему-то не оглядывает меня с ног до головы. Не исследует с прищуром каждый дюйм силуэта. Он не оценивает мой идиотский внешний вид, кажется, ему вообще нет до него никакого дела. Он смотрит в упор только на лицо, не прерывает зрительный контакт ни на секунду, и сегодня я не нахожу в этом взгляде тени издевки или осуждения. На мгновение даже кажется, что где-то там, в глубине этой сажи, поблескивает крупица раскаяния. И прежде, чем я начинаю верить в этот бред помутневшего сознания, без единого слова толкаю дверь и захлопываю ее перед лицом Эзры.
– Серьезно? – слышу голос по ту сторону и не могу отступить ни на шаг. – Ты ведь уже открыла.
– Не знала, что явился сам дьявол.
– Сомневаюсь, что я здесь такой же частый гость, как он, но…
– Вали отсюда! Пошел вон! – выплескивается прежде, чем успеваю подумать. – Что надо? Чего ты приперся сюда? И как вообще узнал, где я живу?! Ты долбаный маньяк! Я так и знала. Псих, мудак и маньяк! Я была права с самого начала, – учащенно дышу прямо в дверь и чувствую, как завелось сердце.
– Ты успокоилась? – равномерный тон вливается прямо в нервную систему и почему-то заставляет промолчать. – Впусти меня, – кажется, чувствую, как он дышит. – Пожалуйста…
– Нет, – выдыхаю, удерживая руку на ключе. Один щелчок – и я снова увижу его лицо.
– У меня твой альпака.
– Можешь оставить себе. Проваливай, Эзра.
– И позволить тебе замерзнуть этой зимой? Я не могу взять на душу такой грех. Это ведь будет считаться преднамеренным убийством Панды.
– Катись ко всем чертям!
Как же он бесит!
Как же бесит!
– Серена… – тяжелый вздох и тяжелая пауза, которую я прощупываю замиранием сердечной мышцы. – Я был не прав.
Теперь к полу прибило и мозг. Он не мог этого сказать. У меня галлюцинации от похмелья. Кто угодно, но не Эзра. Демоны не извиняются.
Нет. Определенно нет. Мне пора прекращать пить бурбон и начать уже лечить голову.
– Я пришел, чтобы… –
– Что здесь происходит? – широкая ладонь Юджина пролетает перед моим лицом, и я не успеваю возразить, как он открывает дверь, на пороге которой по-прежнему стоит Эзра и держит в руках мою белую шубу.
– Не думал, что ты… Не одна, – Эзра медленно скользит взглядом по крепкому телу Юджина, и даже при высоте своего роста ему приходится слегка запрокинуть голову, чтобы столкнуться с недоумением в глазах моего друга.
Недоумеваю и я, но мой язык снова несется впереди разума:
– Не думать – твой основной род деятельности, –
– Я так понимаю, это тот самый Эзра? – уточняет у меня Юджин.
– Я так знаменит? Имей в виду, красавчик, на груди оставлять автограф не буду, – лукавая улыбка трогает щеки Эзры и возвращает его лицу привычное выражение, которое так и хочется стереть новой пощечиной.
У меня даже начинают чесаться ладони, но я из последних сил держу себя в руках. В настоящую минуту моему вселенскому терпению позавидовали бы сами тибетские монахи.
– Чего приперся? – тон Юджина специально грубеет.
Он всегда так делает, когда хочет произвести впечатление крутого и опасного парня. Меня забавляет эта привычка, но любой другой незнакомый человек вполне способен принять театральное представление за реальную угрозу, учитывая телосложение Юджина, его широкие плечи и нехилый рост.
– Эй, расслабься, крепыш. Я не к тебе пришел, –
– Тебе кто-то разрешал входить? – Юджин перегораживает ему путь и закрывает обзор на Эзру своей спиной.