Теперь за окном развернулись две отдельные сцены. Половина города осталась сияющей и манящей. Вторая разом посерела, пожухла, воздух подернулся пеплом и какими-то желтоватыми туманными щупальцами. С этой стороны сцены неслись хриплые, грубые звуки, словно грохот тяжелых машин, а с ними – волна едких, удушливых запахов. К домам словно бы липли сырые нездоровые пятна нечистых красок. Река текла совсем грязная; корабельные трубы тошнили в воздух сплошной гарью…
Марк в ужасе отшатнулся, оборотился снова к великану в комнате… – только чтобы обнаружить, что и тот тоже удвоился. Правый остался неизменным; зато левый сделался еще рыжее, часть лица утонула в тени, и в ней недобро и гадко сверкали глаза…
– Что такое, сынок? – спросил он. – Что случилось?
Марк не мог вымолвить ни слова; он беспомощно махнул рукой в сторону окна, обернулся… и увидел, что картинка там снова стала целой – и целиком
Лихорадочно жестикулируя, Марк попытался объяснить, рассказать ему, что случилось… – но тут над горизонтом образовался дракон с Полом на спине, и все это летело в их направлении…
– А, опять он, – сказала тень сбоку от него. – Он смутьян, от него одни неприятности. Я выгнал его вон давным-давно, а теперь он вернулся, чтобы тебя уничтожить. Будь сильным, сын.
Марк глядел, как фигура растет, становится больше и больше, и вот она уже беззвучно ломилась через стену, снося все на своем пути, тянулась неотвратимо к нему… Раздался стук, повторился, уже громче, и еще громче, и еще…
Все кругом разлеталось на куски, а он падал, падал…
Марк сел в кровати, весь мокрый от пота. Стук не смолкал.
Он встал, включил свет (хотя левый глаз и так видел все абсолютно отчетливо), набросил на плечи халат и пошел открывать. Маленький человечек за дверью отскочил назад и протянул какой-то листок бумаги.
– Вы желали увидеть это, как только доставят, сэр.
Марк мельком глянул.
– Так. Стало быть, Нора у нас, а Пол получил в распоряжение весь магический прибор.
– Так точно, сэр. Экипаж уже в воздухе, везет ее сюда.
– Хорошо. Известите силы в Рондовале, что Пол, возможно, скоро появится. – Он посмотрел в окно – на новый флаер и дальше, в ночь. – Я проверю состояние мобилизации. Возвращайся к своим обязанностям.
– Есть, сэр.
Закончив одеваться, Марк взял с ночного столика фотографию и некоторое время молча смотрел на нее.
– Ну, что ж, – вымолвил он наконец, – посмотрим, кому из нас суждено пасть.
Когда они приблизились к Рондовалю, за пультом находился Мышиная Перчатка.
– Никак в толк не возьму, с чего это ты такой отдохнувший, – проворчал он. – Спал-то всего ничего. Мне вон совсем впрок не пошло… после этого вашего зверства: «короткий путь», ага, будь он проклят!
Он оглядел изрядно испачканную кабину и сморщил нос.
– Я, видимо, черпаю какую-то энергию от скипетра, – сказал задумчиво Пол. – Чувство такое, будто у меня завелось второе сердце… или легкое… или то и другое сразу. Это прямо как…
Над укреплениями взвилось маленькое облачко дыма.
– Так, а это еще что? – воскликнул Мышпер.
Появилось еще два.
– Похоже, по нам стреляют. Бери-ка в сторону. Я не хочу… – корабль крепко тряхнуло, словно ему наподдали кулаком, – …давать им ни единого шанса, – закончил Пол, хватаясь за сиденье одной рукой и сжимая другой скипетр.
А в следующую секунду они уже падали.
Кабина стремительно заполнялась дымом.
– Оно что, вышло из-под контроля? – прокричал, кашляя, Пол.
– Не совсем, – рявкнул в ответ Мышпер. – Но затормозить я не могу. Постараюсь, по крайней мере, увернуться от скал. Может, вон в те деревья… Ты в состоянии хоть что-нибудь сделать?
– А я откуда знаю!
Пол поднял скипетр, и тотчас же к нему через все стены потянулись нити. Казалось, он вдруг очутился в центре невероятной трехмерной паутины. Нити пульсировали в такт с ощущениями в запястье.
Корабль вроде бы начал замедляться.
– Со скалами уже разминулись! – сообщил Мышпер.
Пот выступил на лбу у Пола, между бровями пролегли резкие складки.
– …зато теперь разобьемся!
Последний выплеск силы хлынул через скипетр в нити. Перед ветровым стеклом выросли деревья, верхние ветви замолотили по нему, потом начали с треском ломаться. А дальше какая-то упрямая осина прямо по курсу отказалась гнуться. Пассажиров кинуло вперед, корабль вокруг них разломился пополам, но им было уже не до этого.
Пол пришел в себя и понял, что руки у него связаны за спиной. Глаза он открывать не стал: все недавние впечатления тут же напомнили о себе – просто удивительно, как они все поместились внутри одной-единственной раскалывающейся головы!
Затем он услышал голоса… а потом учуял лошадей и понял, что грохотом в затылке отдается стук копыт по земле. Если тот, кто стрелял в них, прискакал за ними из замка и не убил сразу же, на месте, значит… у них есть некий условный шанс.
