Следующая пещера оказалась еще больше, хотя и ровнее. Кругом громоздились гигантские крутоспинные тела; сколько их тут, понять не представлялось возможным, лишь многочисленные толстые нити вились во мраке, набрякнув энергией.
Наконец они вышли в главную пещеру, и на дальнем ее конце Пол различил мягкое свечение несущего заклинания.
– Скажи, – полюбопытствовал он у Мышпера, – ты видишь какой-то свет в том направлении?
– Нет. Только этот, маленький, за которым мы сюда пришли.
Пол выхватил из воздуха нить. Чем ближе к цели, тем бледнее она становилась – и, кажется, тем сильнее раскалялась.
– А это видишь?
– Линия света, тянется вперед.
– Отлично. Я дам тебе такую – пойдешь за ней. Это что у тебя в руке?
– Пистолет. Таскаю с собой с тех пор, как вырвался от Марка.
– Так я и знал. Но здесь он тебе не понадобится.
– Он меня успокаивает.
Прошло довольно много времени, пока они добрались до светящегося клубка перепутанных нитей.
Пол вытащил жезл и прищурился.
– Надеюсь, оно работает так, как я думаю…
– Что – оно? Я чувствую некую силу, но ничего особенного не вижу.
– Иди, встань вон в той нише. – Он показал скипетром, и тот на мгновение вспыхнул, словно пойманная звезда. – Я скажу тебе, когда будет безопасно уйти. Вот твоя нить. – Еще один жест, и перед выемкой в стене возникла линия бледного огня. – Удачи!
– И тебе тоже. – Мышпер пожал ему руку и быстро ретировался.
Втиснувшись в проем, он замер, не в силах отвести глаз от шоу, а его молодой друг приступил к серии ритуальных, на первый взгляд, движений. Они выглядели особенно причудливо, учитывая, как оформляли силуэт гитарный кейс и развевающийся плащ. Физиономия под копной темных, прочерченных серебром волос выглядела в свете скипетра не просто бледной – она почти сияла собственным светом. Завороженно следя за танцем рук и жезла, Мышпер покрепче сжал пистолет. Его накрыла волна холода… потом тепла… потом опять стужи… – а еще перед глазами странным образом то вспыхивала, то гасла картинка: вроде бы разматывался огромный горящий моток пряжи…
Пол сноровисто работал руками – туда и сюда, распутывая, высвобождая, – и древние слова, уловленные в саму ткань чар, приходили к нему, сами прыгали на язык, и он произносил их, не отрываясь от дела, и волны жара уже следовали одна за другой… и, наконец, он разглядел заклинание до самого центра, конца, сердцевины…
Сунув скипетр туда, вглубь, он произнес последние слова.
Дикий поток разнообразных сил хлынул сквозь него, и он покачнулся, едва удерживая равновесие. Все нити теперь пристали к жезлу, полностью скрыв его от глаз. Правая рука словно горела огнем.
Пол собрал всю свою волю.
Стон поднялся в пещере, возвышаясь до могучего многоголосого хора, гремящего эхом со всех сторон, а за ним – скрежет, и треск, и грохот камней…
– Восстаньте! Восстаньте и идите за мной на битву! – пел Пол, и сама тьма кругом зашевелилась, вспухая движеньем.
Стон стих и угас. Рев, фырканье, ворчанье и стрекот тоже смолкли. Зато теперь со всех сторон доносилось тяжкое дыхание сотен глоток.
Пол выбрал одну нить, и вскоре мимо него прошагало на двух ногах нечто большое, серое, сгорбленное, волоча по земле ручищи и сверкая желтыми глазами с темного треугольного лица. Каждый шаг сопровождался шуршанием чешуи. Возле Мышпера тварь было задержалась – на нее сразу же наставили пистолет, – но отвернулась и пошла дальше своей дорогой.
– Дай ему час, – прокомментировал эту сцену Пол, – и наверху все будет чисто. Тебя он теперь знает и вреда не причинит.
Мышпер кивнул, понял, что его никто не видит, но сказать все равно ничего не смог. То там, то сям вспыхивали небольшие костры – это драконы проверяли, как у них обстоят дела с огнем.
Пол собрался с силами, чтобы запечатлеть свой образ и свои повеления в разуме просыпающихся существ.
Ему хватило одного быстрого взгляда по сторонам, а затем пальцы безошибочно поймали вьющуюся рядом темно-зеленую нить.
Почему-то ничего не произошло – затем Пол догадался, что дама, вероятно, спала в одной из отдаленных каверн.
Между тем снова начались шум и шорох – это существа вставали, потягивались… кто-то на кого-то садился. Наконец издалека пришел звук, подобный шуму встречного ветра; от тьмы в перспективе отделился клок тени и налетел, и сел прямо перед ним.
