Звонок телефона раздается одновременным спасением и мыслью о том, что кто бы там ни был, она не возьмет трубку. Форбс кидает безнадежный взгляд на горящий экран мобильника на кровати, думая, что это слишком лениво – сделать несколько шагов до него, но любопытство берет верх. Может быть, это Эйприл, которая наконец-то поняла, что происходит и теперь понятия не имеет, что делать дальше? А может быть Кол, который под конец их кровавого трипа решил вдруг включить мозги, а теперь звонит просить помощи у нее, дабы исправить ситуацию? Оперевшись руками о края стола, она со всей силой отталкивается от него назад, благодаря чему стул на колесиках запросто доставляет ее прямо до места. Она нелепо слезает со стула и, упав на свою мягкую ложу, берет в руки телефон, видя номер входящего абонента – «кретиночный кретин».
На губах блондинки невольно появляется интригующая улыбка. Приподнявшись на локтях, она кидает быстрый взгляд на дверь – закрыта, но этого явно недостаточно. Быстро вскочив на ноги, Ханна заходит в ванную и, заперевшись, выкручивает кран на полную, а вдобавок еще и душ – так, на всякий случай. Прокашлявшись, она принимает вызов, аккуратно опускаясь на пол возле раковины.
На том конце провода тут же раздается веселый голос Клауса, — Ты правда думала, что… — Он вдруг резко останавливается, — Ты что, в душе?
— Извращенец, — спокойно парирует девушка.
— Х-м-м, — наигранно-задумчиво протягивает гибрид, — Сказала девочка, которая ходит в ванную с телефоном, — незатейливо отвечает он.
— Фу, — улыбаясь, показательно пренебрежительно фыркает Форбс.
— Как скажешь, — усмехается Майклсон, — Ты правда думала, что я не знаю, что через два часа тебе исполнится семнадцать? — Аккуратно интересуется он.
Блондинка убирает от уха телефон, смотрит на экран, и правда – 10:14 PM, — Один час и тридцать шесть минут, вообще-то, — поправляет она его.
— Не уходи от ответа, — угрожающе-спокойно просит первородный.
— Не уходи от факта того, что ты снова ведешь себя, как сталкер, — ровно отвечает Ханна. Он молчит, — Ладно, — вздыхает девушка, — Этот день прошел так, что единственное, на что, кажется, я буду способна – это спрятаться под кроватью.
— Или еще вариант, — увлеченно начинает Клаус, — Приходи ко мне, — со всей возможной непосредственностью, так, как-будто снова говорит какую-то очередную колкость, заявляет он.
Форбс издает пораженный смешок, — Ты что, приглашаешь меня? — Наигранно-удивленно переспрашивает она, — Прости, но мне говорили, что большая разница в возрасте – это ненормально.
Гибрид вздыхает, — Не советую тебе продолжать, — с явным оттенком предупреждения говорит он, — Я могу и наказать.
Блондинка неопределенно хмыкает, — Это аргумент за то, чтобы прийти, или нет? — Поддельно-непонимающе интересуется она.
Майклсон усмехается, — Сама знаешь, — уклончиво отвечает он, — У меня есть подарок, — интонация, а-ля, «между прочим», добавляет он.
Ханна улыбается, качая головой, — Может еще конфетами меня заманишь? — Интригующим шепотом спрашивает она.
— Можно и так, — легко соглашается первородный.
Девушка молчит. Прикусывая губу, она рисует на коленке невидимые узоры, упорно смотря в пол под собой, — Почему ты спас ее?
— Такая конкретная формулировка, — насмешливо протягивает Клаус.
Форбс шумно втягивает воздух, — Да брось, — она издает нервный смешок, — Ты знаешь, о чем я. Кэролайн мне все рассказала.
Какое то время он молчит, так, словно раздумывает над ответом, — Скажем так, — увлеченно начинает гибрид, — Тайлер Локвуд умеет убеждать, — наигранно-серьезно говорит он.
Блондинка издает красноречивое: «хах!», — Ну конечно, — фыркает она.
— Между прочим, он все еще жив, — напоминает Майклсон, — Я просто добрый самаритянин, — объясняет он.
Ханна возводит обреченный взгляд к небу, — Ладно, не хочешь говорить – не говори, — безразлично пожимает плечами она, — Я просто… — Неуверенно начинает девушка. Вздохнув, она нелепо взмахивает рукой, быстро вновь опуская ее на ногу и нервно сжимая, — Я просто думала, насколько отвратительно после того, как ты чуть не убил мою сестру – будет говорить тебе это.
Форбс затихает, — Что говорить? — Без прошлого оттенка веселья спрашивает первородный.
— Кол сегодня сказал мне, что мы, как пара – вопрос времени, — усмехается блондинка, — Это звучит так глупо, — показательно пренебрежительно говорит она, — Кстати, Эйприл обратилась и он подверг ее многочисленным кровавым убиствам в баре за чертой города, — слишком быстро проговаривает Ханна, — В общем, теперь мне остается ждать, когда Эйприл придет в себя, видимо, не знаю, — продолжает она, не собираясь останавливаться и уже хотя вновь заговорить, но Клаус успевает вставить слово раньше.
— Ханна, — твердо отчеканивает он. Девушка думает, что это плохой знак. Он называет ее по имени либо когда очень раздражен, либо когда говорит что-то очень серьезное и Форбс уже пожалела, что вообще начала что-то говорить, — Что ты хотела сказать? — Уверенно повторяет гибрид.
