Сейчас,сейчас, когда все контакты налажены,телефонные кабели всюду проложены,пространства азбукой Морзе сближены,моря кораблями запружены,губами улыбки жалкие выжаты,безвестные дети по миру пущены,плоды тропические солнцем налиты,а мышцы — бессильем, —сейчас все это не больше чем символрабства.Сейчас,сейчас, когда все контакты налажены,кровь в жилах моих заморожена,ритмы моих барабанов задушены,сединой мои волосы выбелены,мое желанье отвергнуто и семя стерилизовано,мои дети холодом выхожены,тоска и мечта из груди моей выжжены,статуи моих героев взорваны,крики мои о свободе и мире бичами исполосованы,мои шаги, как дикие звери, выслеженыи мой разум в оковах огрубел и ослаб.Сейчас, когда «невинные прелести» твоей цивилизациикрасуются кровоподтеками у меня на лице,я спрашиваю тебя, Европа,я спрашиваю тебя: «Что же дальше?»
Черная пятница
Перевод М. Самаева
Я на улицу выйдус откровенной ухмылкой, с моимипроданными святыми,чтобы хохотать до упадунад мертвым распятым богом.Я в черную пятницу выйдуна улицу, облаченныйв белый траур.Я оставлю дома семьюи выйду, чтоб скалить зубы,распевая песни йорубас воинами балуба
[310]и философами банту.Даже если не хватит силдом покинуть для солнца, ветра,силой меня не удержишьв черную пятницу дома.
Мулат —отпрыск белого и негритянки,кажусь постороннему взглядумельканием шахматных клеток:скользит этот взгляд по клеткам,цвета на доске смешались,сливается черный с белымв глазах, ослепленных мельканьем.Мулат я.Большая душа в моей плоти —двух душ различных слиянье:один плюс один — это двойка.Вот почему однаждытак обозлился белый.Он все сосчитал по пальцами доску для шахмат сделал.— Эй, мулат! — закричал он. —Ты малость ошибся,место твое возле негра.Ах!Но я не сбесился от злости…Свои черные кудрисо лба я пригладил к затылку,выдохнул дым сигареты,и громко запел ясо смехом,и стал вдруг пунцовым белый…Мулат я!С белой возлюбленной —белый,с черной возлюбленной —черный.Так вот!..
Цикл об алкоголе
Перевод А. Ревича
1Когда сеньор Силва Костак нам приехал на остров,привез он бутылку водки,чтобы заняться торговлей.Жара была так нестерпима,земля была так просторна,что казалось:вода бессильнасмочить пересохшее горло.Тогда сеньор Силва Костаотхлебнул половину бутылки…И слова обрела его глоткадля первой торговой сделки.2