Чья-то девчоночка, — как легко сочинить           слезливую историю о том, какая она была           когда-то и какая теперь.Чья-то девчоночка — она играла когда-то в июне           под деревом дикой яблони, и лепестки           летели на черные волосы.Это было где-нибудь на железнодорожной линии           Эри, может быть, на станции Саламанка,           Пэйнтед-Пост или Хорс-Хедс.Она отряхивала с волос лепестки и вбегала в           дом, мать ей умывала лицо, и у матери           болела голова от упрямого голоса: «Не           хочу».Чья-то девчоночка — сорок чьих-то девчоночек,           одинаковых в красном трико, образующих           арки, подковы и пирамиды, — сорок           девчоночек шоу, голоножек, лошадок,           лягушат.Как легко сочинить слезливую историю о том,           какая она была и какая теперь — и как           лепестки летели на черные волосы в июне.Пусть огни Бродвея бросают блестки и           брызги — и такси протискиваются сквозь           толпу, когда шоу окончилось и на улице           начинает темнеть.Пусть девчоночки смоют краску и съедят свои           полночные сандвичи, путь им видятся сны           до утра, допоздна, долго-долго, после           утренних газет и тележки молочника и —Пусть им долго снится все, чего хочется…           нюнь… где-то там, на железнодорожной           линии Эри… дикая яблоня… белые           лепестки.<p>ТРАВА ЛЕТОМ</p><p>© Перевод Э. Ананиашвили</p>Летом трава испытывает боль и шепчет.Она чего-то ждет;           она поет и взывает; она изливает свои           жалобыЗвездам, мерцающим в вышине.Дождь слышит; дождь отвечает ей;           дождь надвигается медленно;Дождь увлажняет лицо травы.<p>МОЖЕТ БЫТЬ</p><p>© Перевод Э. Ананиашвили</p>Может быть, он верит мне —Может быть, нет.Может быть, мне пойти за него —Может быть, нет.Может быть, ветер в степи,Может быть, ветер над морем, может быть,Кто-нибудь где-нибудь, может быть, сумеетсказать?..Я положу голову ему на плечо,И, когда он спросит меня, я скажу: «Да».Может быть…<p>МИСТЕР АТТИЛА</p><p>(август 1945)</p><p>© Перевод И. Кашкин</p>Вы стали мифом, профессор:           Ваш мягкий голос,           Ваши книги, теории,           Уклончивые заячьи повадки,           Академический головной убор           И средневековая тога.Кто бы мог подумать, профессор!Вы, такой забывчивый и рассеянный,           Вы, который, стукнувшись о дерево лбом,Вежливо говорите: «Ах, а я думал, что вы дерево» —И проходите дальше, рассеянный и забывчивый.Это вы, мистер Аттила? Как вы себя чувствуете,Снаряжая заряды всесокрушающей силы?Неужели это вы — атомщик-практик?Неужели вы отказались от ваших абстракций?Ведь это вы, мистер Аттила, недавно сказали:«Простите, но, кажется, нам удалось добиться           некоторых результатовВ понимании остаточных свойств радиации           атома».<p>ГОРОДСКОЙ ЭТЮД</p><p>© Перевод А. Сергеев</p>
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Антология поэзии

Похожие книги