— В Пуларе в последнее время тоже не слишком безопасно. Как ты заметил. Вдвоём у нас побольше шансов выжить.
— И то верно, — пожал плечами Ульф.
— И вообще, — добавила Таня, — как не хотеть работать под началом знаменитого агента, раскрывшего заговор века?
— Ой, будет, — отмахнулся Ульф, смеясь. — Это не делает из меня хорошего управленца. Я вообще не уверен, что подхожу для руководства.
— Конечно, не подходишь, — сказала Таня с напускной серьёзностью. — Для этого надо быть ликвитом.
Оба рассмеялись.
— Ты справишься, — сказала Таня позже. — Я знаю.
— С твоей поддержкой — безусловно, — улыбнулся ей Ульф, вставая из-за стола. — Поедешь со мной сегодня? Надо уладить пару административных моментов, прежде чем ты приступишь к работе.
— Ой, — протянула Таня, — а обязательно сегодня? Я хотела смотаться в Пулар за кое-какими вещами. Ну и пару вопросов решить перед переездом.
— Не обязательно. Тогда увидимся вечером, — Ульф чмокнул её в щёку и стал надевать пальто.
— Завтра вечером. Дел много. Но я постараюсь вернуться скорее, — Таня многозначительно подмигнула Ульфу. Он довольно улыбнулся. Жизнь с каждым днём становилась всё лучше.
Внутри здание Министерства госбезопасности ещё хранило следы недавних событий. В коридорах там и сям виднелись выбоины и опалины на стенах и потолке, а в коридоре Шестого управления заряд плазмы, пущенный директором Сато, проделал в стене сквозную дыру. Но ремонт шёл споро, и кабинет главы управления уже был в полном порядке — как раз к тому дню, когда его новый хозяин впервые прибыл на рабочее место.
Утро Ульфа после побоища в Министерстве начиналось в камере — и он никак не ожидал, что сомнения в его невиновности отпадут настолько быстро. А тем более — что тем же вечером министр Руис предложит ему занять место директора.
— Вы должны благодарить вашу свидетельницу, — сказала она Ульфу. — Таня Лукина, кажется? Из неё бы вышел отличный агент разведки. Дело в том, что за пару часов до того, как мы с вами вчера встретились, она сообщила, что ни вы, ни директор Сато не выходите на связь — хотя ваша операция должна была кончиться. Я уже знала, что Сато арестовал вас, но задумалась. Если вы ликвит — зачем же вы заранее просили в случае чего связаться с Сато? При провале и раскрытии вас это всё равно не спасёт. Но если вы — не ликвит, то с чего Сато это взял? Кстати, он не стал отрекаться: он — ликвит. Ваша миссия выполнена.
Поглядев на опаленные стены коридора, министр вкрадчиво добавила:
— Вы, конечно, натворили дел в последнее время… но, пожалуй, ни вам, ни госпоже Лукиной обвинения предъявлены не будут. Награды — более вероятно.
И вот — Ульф готовился принять свою награду.
Дверь в кабинете теперь была простой, как и в остальных помещениях. Видя эту перемену, Ульф вспомнил, как распахнул её несколько недель назад, чтобы увидеть тень метаморфозы на лице директора Сато. И влететь спиной в стену. Ульф машинально перевел глаза на неё — пусть рядом зияла пробоина, но в этом месте стена ничем не напоминала о том дне. Поколебавшись — сам не зная, отчего — Ульф протянул руку к дверной ручке и вошёл в кабинет.
Здесь почти что пахло новизной. И хотя дизайн комнаты остался прежним, от Ульфа не могло ускользнуть, что стены и потолок выкрашены буквально пару дней назад, окна сияют чистотой, а на типовой анимоковёр не ступала нога человека. Кресло прикатили из прежнего кабинета Ульфа, за что он был благодарен неизвестным ремонтёрам.
Неизменным остался только массивный армопластовый стол. На нём Ульфа ждала записка:
«Директор Шефер, ДНК-замок разблокировать не удалось. Сегодня же вызовем специалистов, постараемся решить проблему к концу дня, если, конечно, Вам это не доставит неудобств. Остальные ящики к Вашим услугам.»
Ульф усмехнулся. Сато оказался не так прост — продолжает хранить секреты даже после признательных показаний…
Он опустился в кресло и попытался решить, с чего начать на новой должности, но его мысли поглощали воспоминания о последнем дне директора Сато.
На суде Сато рассказал всё. Как был уничтожен Ифис, как считанные ликвиты сумели спастись. Как он и его собратья одного за другим ликвидировали настоящих агентов разведки, распылив их тела на атомы. Как они спланировали то же самое провернуть с самим министром-президентом. Как один из них — тот, кого знали как Гуннара Оллсона, — допустил оплошность при ликвидации Спотти Стива. Как из-за этого пришлось развернуть постановочную операцию по поимке ликвита, как Олссон запаниковал и его пришлось устранить от греха подальше. Как Сато направил своего лучшего агента — Ульфа Шефера — по ложному следу… и как этот след волею случая привёл к разгадке, не позволив Сато и его подельникам завершить начатое.
