Пойдем со мной полностью

Тара показала мужу язык, потом перевела взгляд на бутылку вина.

– Скажите, где бокалы, и я налью вам, – предложил я.

– Ну нет, – вмешался Эрик. – Она мне обещала, что пить не будет.

– Я беременна, – сказала Тара, словно извиняясь за что-то. Она положила руку на свой все еще плоский живот.

– Никакого алкоголя. Никаких сигарет, – начал перечислять Эрик, загибая пальцы.

– Никаких суши, никакой колбасы, – нахмурившись, добавила Тара.

– Таков был уговор. И она придерживается его. Просто молодчина.

Тара встретилась со мной взглядом. И я вспомнил, что мы с ней курили после встречи с Линн Томпсон.

Сплошные секреты, прошептал другой Аарон.

– Что ж, поздравляю вас обоих, – сказал я и поднял свой бокал.

Мы поужинали на маленькой застекленной веранде в задней части дома. Было прохладно, но постоянное дуновение ветра радовало и заставляло меня чувствовать себя бодрее.

Тара и Эрик немного рассказали о том, как росли в Вудвайне. Почти во всех их историях принимали участие ты и твоя сестра, но, к моему удивлению, я не чувствовал себя грустно или неловко, слушая их; это были светлые истории, и, хотя из-за них я скучал по тебе еще больше, они также каким-то странным образом успокаивали меня. Наверное, мне было приятно услышать, что в твоем детстве было и что-то хорошее.

Было ясно, что ни Тара, ни Эрик по-настоящему не любили этот город. Они воспринимали его как тупик, отдаленное место с плохой экологией на задворках общества.

– Почему вы не переедете? – спросил я.

– Черт, ну и куда мы поедем? Для того, чтобы собраться и переехать куда-нибудь, нужны деньги. Ее старики дважды заложили эту лачугу.

– Хотя в последнее время мы стали чаще задумываться об этом, из-за ребенка, – сказала Тара. – Начали откладывать деньги. Я получила лицензию агента по недвижимости прошлой осенью. Помните, я рассказывала вам, что я зарегистрированный агент по продаже собственности Линн Томпсон?

– Никто никогда не купит этот сгоревший дом, милая, – заметил Эрик.

– Дело не в доме, дурачок, а в земле. Кто-то купит участок и может построить хоть десять домов.

– Да неужели? – сказал Эрик, многозначительно кивая. За время ужина он прикончил ящик пива и только недавно открыл бутылку вина, которую я принес; сейчас он допивал уже второй бокал.

– В любом случае, я не хочу растить ребенка здесь.

– Ей снятся кошмары, – объяснил Эрик. Он посмотрел на жену, и на его мягком, круглом, покрасневшем от алкоголя лице отразилось сострадание. Он больше походил на пьяного херувима, чем на офицера полиции.

– Доктор сказал, что при беременности это совершенно нормально. Безумные сны.

– Ей снится, что монстр похитит малыша, – сказал Эрик, разорвав пальцами воздух между собой и женой.

– Правда? – спросил я.

– Все это абсолютно нормально, – повторила Тара.

– Кстати, говоря о кошмарах. Я сегодня был на заброшенном заводе. Зашел в здание.

К моему удивлению, Эрик рассмеялся. Нараспев, словно декламируя детский стишок, он произнес:

– Газ-голова – смерть твоя.

– Перестань! – вскрикнула Тара и ударила его по плечу.

– Точно, Газ-голова. Что это за место? – спросил я. – Оно похоже на какое-то странное святилище или что-то в этом роде.

– Наверное, так оно и есть, – сказал Эрик.

– Вовсе нет, – возразила Тара.

– А как это тогда назвать?

– Кто принес туда всех этих кукол? – спросил я.

– Дети, – ответила Тара.

– Из города, – добавил Эрик.

– Ребята из города ходят туда? – переспросил я. Мне это казалось невероятным.

– Ну, сейчас уже не так часто. Но когда мы были детьми – постоянно. Я сам был там кучу раз.

– Курил там всякое, – прошептала Тара, сложив ладони рупором, и подмигнула мне.

– Я никогда не курил ничего такого, Ти.

– Врунишка. – Обращаясь ко мне, Тара добавила: – Он думает, что раз он теперь представитель закона, то не может признаться, что когда-нибудь совершал что-то противозаконное.

– Я никогда ничего не курил, Ти, – настаивал Эрик.

Тара пожала плечами.

– Как скажешь, малыш, – она изобразила, что закуривает.

– Погодите, – сказал я. – Зачем дети ходят туда? Мне показалось, что эти куклы своего рода… не знаю…

– Жертвоприношение, – глаза Тары расширились.

– Именно, – сказал я.

– Все дело в Газ-голове, – объяснил Эрик.

– Чушь собачья, – возразила Тара, зевая. – Эрик ведет себя как придурок.

– Нет, расскажите, что это за место, – попросил я.

– Это глупая страшилка, – сказал Эрик. – У каждого города есть свой монстр, которым пугают детей, верно?

– Наши родители не хотели, чтобы мы гуляли на территории нефтеперерабатывающего завода после того, как он закрылся, – объяснила Тара. – И говорили нам, что если мы туда пойдем, то Газ-голова отравит наши мозги, сведет нас с ума и сожрет нас изнутри.

– Его туловище сделано из дыма! Глаза похожи на лужи нефти! – нараспев сказал Эрик.

Тара продолжала:

– Вы же знаете, что Годзилла появилась из радиации и ядерных отходов или чего-то такого? А наш Газ-голова появился из старых газовых печей нефтеперерабатывающего завода.

– Нет, дурилка, – сказал Эрик. – Он не появился из печей. Он и есть печи. Или то, что от них осталось, после того как завод закрылся.