– Слушайте, – продолжал Эрик. – Когда служишь в полиции достаточно долго, то понимаешь, что самый логичный и простой ответ и является правильным. Кроме того, я читал дело. Тогда он был единственным подозреваемым. Алиби у него было аховое, и он поругался с Кэрол перед тем, как она сбежала. Потом он исчез на несколько часов, якобы чтобы напиться где-то в одиночестве.
– Вы были знакомы с детективом, который тогда вел это дело? – спросил я. – Его звали Питер Слоун.
– Узнал о нем только из дела. В 2004-м я учил-ся в школе и не особо общался с копами.
– Слоун ушел из управления в 2006 году, через два года после убийства Кэрол. В полиции нет документов, касающихся его ухода?
– Зависит от обстоятельств. Вы хотите найти этого Слоуна или что? Он не скажет вам об этом деле ничего такого, чего нет в интернете.
Мне не хотелось рассказывать этим людям о твоем фотоальбоме и о том, что в нем была фотография Слоуна. В любом случае, я не был на сто процентов уверен, что Слоун убил Кэрол. Его снимок в альбоме был лишь одним из сотен.
– Если это не де Кампо, то, возможно один из парней Кэрол, – предположил Эрик.
– Она с кем-то встречалась в то время?
Тара открыла рот, но ничего не сказала. Она взглянула на своего мужа, затем снова на меня. Я не мог истолковать выражение ее лица.
– Что? – спросил я.
– Она типа много с кем встречалась, – сказала Тара, мгновенно смутившись. – Реально
– Может, из ее парней кто-то выделялся? Например, уехал из Вудвайна вскоре после убийства?
– Мы тогда учились в выпускном классе. Половина наших одноклассников уехала, окончив школу. Почти все хотели свалить отсюда.
– Думаете, ее убил бойфренд? – спросил Эрик. Он поставил бокал с вином на стол и снова подался вперед. Казалось, мои слова его заинтересовали.
– Эллисон думала, что это мог сделать кто-то, с кем она ходила в школу. С кем все вы ходили в школу.
– У меня мурашки, – сказала Тара.
– Если это кто-то из наших одноклассников, то почему вы решили, что он уехал из Вудвайна сразу после убийства? Почему вы не думаете, что он задержался? Может, он все еще здесь.
– Потому что я думаю, что он убил другую девушку в Виргинии два года спустя, – ответил я. – И с тех пор продолжает переезжать с места на место.
Они оба уставились на меня – Тара с нескры-ваемым ужасом, Эрик с таким видом, словно только что услышал анекдот и никак не может понять, в чем его соль. Может, я сболтнул лишнего.
– Серийный убийца, – произнесла Тара, отодвигаясь от меня и обхватив себя руками, словно замерзнув.
– Похоже на то, – сказал я.
Эрик рассмеялся.
– Черт. Ладно. – Он посмотрел на Тару. – Он шутит, детка.
Потом обратился ко мне:
– Ведь так?
Я поразмыслил над вариантами. В конце концов сдался и сказал:
– Да. Это шутка. Простите. Отвратительная шутка.
– Черт возьми, – усмехнулся Эрик. – Можете такое себе представить?
– Ты не знал Кэрол так хорошо, как я, – обиженно сказала Тара. – В этом нет ничего смешного.
– Я не говорил, что это
– Я бы расслабилась, если бы ты позволил мне выпить немного вина.
– Тара…
– От одного глотка с малышом ничего не случится. Даже доктор так говорит.
В бокале Эрика как раз оставался примерно один глоток. Он передал его Таре, которая со смешанными чувствами изучала темно-красную лужицу на дне. Она посмотрела на меня поверх края бокала, и ее лицо внезапно озарилось улыбкой.
– Я тоже считаю, что от одного глотка ничего не случится, – согласился я. – Хотя я не врач.
– Видишь? – сказал Эрик. – Охотник на маньяков разрешил тебе выпить. – Он рассмеялся, потом повернулся ко мне: – Я шучу.
Я улыбнулся и кивнул. Я вдруг почувствовал сильную усталость. Более того, я не знал, что делать дальше, Эллисон. Увидев фотографию Питера Слоуна в твоем альбоме, я подумал, что нащупал что-то важное. Но что она означала на самом деле? Снимок Слоуна в школьном фотоальбоме не являлся неопровержимым доказательством. Это не признание и не анализ ДНК. Более того, мне становилось все сложнее видеть в пожилом мужчине с больным сердцем серийного убийцу, одновременно разъезжающего по восточному побережью и управляющего довольно успешным гриль-баром. Я был в растерянности, Эллисон. Я зашел так далеко только для того, чтобы подвести тебя.
Тара залпом допила остатки вина из бокала мужа, затем причмокнула губами и всем своим видом показала, какое оно вкусное. Я рассмеялся.
– Боже, – сказал Эрик, забирая у нее свой пустой бокал. – Не могу поверить, что ты его выпила. Ты так хорошо справлялась.
– Чего мне хочется по-настоящему, так это мороженого со взбитыми сливками, – мечтательно произнесла Тара.
– С маринованными огурчиками, да? – спросил Эрик.
– Мерзость, – она наморщила нос. – Хотя, может быть…
Я помог Эрику убрать со стола, пока Тара зажигала пропановый обогреватель на веранде. Ночь становилась холодной и темной; каждый раз, когда я выглядывал на улицу, мне казалось, что я смотрю в пустоту.
– Тодди Дженкинс, – сказал Эрик, пока мы носили тарелки и бокалы с веранды на кухню. – Помнишь его? Вылитый будущий маньяк.
– Фу, – отозвалась Тара, высунув язык.
