– Давай так. – Вальдекриз плюхнулся рядом и, вытянув ноги, легонько пихнул Асин плечом – настолько внезапно, что она чуть не выронила ложку. – Рассказывай, что тебя так мучает. Я же вижу: дело не во мне. Вернее, не только во мне. И уж точно не в… как ее?
– Рошанна, – напомнила Асин и не заметила даже, как стала улыбаться.
– А я уже и забыл. Да и не к ней прилетел. И не ее тревогами прямо сейчас интересуюсь.
– Но… – Асин только хотела возразить: ведь ей интересно узнать, как он жил все это время. Зачем вспоминать ссору с отцом и жаловаться на нехватку времени, при этом только сильнее отнимая его?
– Не заставляй меня применять силу. – Вальдекриз нахмурился и покачал головой. Выглядел он, впрочем, не очень-то строго, полуулыбка на губах говорила: «Я и сам не знаю, что сделаю, если продолжишь молчать. Но точно придумаю». – Я все-таки правда прилетел к тебе. Меня там, – он кивнул в сторону училища, – сама понимаешь, не ждут.
На Первый шагнули люди с Каменного Великана, и пестрая толпа расступилась. Асин заметила, что по деревянным настилам идут трое – один другого выше. Длинные одежды полностью скрывали фигуры – видимыми оставались только белые ладони, да изредка из-под полы выглядывали острые носы туфель. Волосы мужчины – а это явно были мужчины – собрали в хвосты, и те мели по накидкам, покачиваясь из стороны в сторону. Наблюдая за тем, как гости неспешно плывут к открытым воротам, Асин задумчиво сунула ложку за щеку и раскусила орех.
– Ты ведь не вернешься, – она не спрашивала, а утверждала, практически не чувствуя сладость меда. Во рту разлилась горечь, будто она лизнула покрытый белыми каплями стебелек одуванчика.
– Пока что, – поправил ее Вальдекриз.
– Что от тебя нужно Железному Городу?
– Я что-то вроде переговорщика. – Вспомнив про давно остывший жареный сыр, Вальдекриз оторвал от него кусочек и скатал пальцами в небольшой шарик. – Циэль и Вильварин с неохотой идут на контакт. Они не сболтнут лишнего. Но порой их трудно понять: старый мир здорово отличался от нового, они временами говорят чересчур много непонятных слов.
– И никто не насторожился, почему их вдруг понимаешь ты? – Асин с большим трудом изобразила удивление.
– Ты не представляешь, сколько книг я прочел за все эти годы. Многие ответы можно найти на их страницах, если, конечно, отыскать те древние издания. Более чем уверен, некоторые из них Дом Солнца давно швырнул в океан – ему иногда бывает скучно.
Он говорил так обыденно, будто каждый день видел дома, вышвыривающие через двери и окна вещи хозяев. Но эта мысль не задержалась в голове Асин надолго: появилась – и упорхнула. Бесконечная Башня, как и словно сошедшие со страниц сказок Циэль и Вильварин, обитательницы старого мира, сейчас почти не занимали Асин.
– Почему ты решил опять отправиться с ними? – Она тут же достала новый вопрос из своего воображаемого тяжелого мешка, груженного до самого верха.
– Я не стану напоминать, что я – последний жрец Отца-солнце. Дело не в этом. Вернее, не совсем, – добавил Вальдекриз, закидывая в рот желтоватый комок сыра. – Тебе когда-нибудь казалось, будто что-то неправильно? Настолько неправильно, что раздражает. И только ты в силах это исправить. Это чувство абсолютно бессмысленное, ничем не подкрепленное, но ты упрямо идешь у него на поводу.
– Да, – вместо того чтобы кивнуть, Асин уронила голову.
– Вот тут что-то похожее. Останься я на Первом – сожрал бы себя. – Он оторвал еще одну полоску от сыра и покачал ею в воздухе. – Вот так.
– Понятно, – буркнула Асин, хотя понятнее не стало. И тут же спросила из вежливости, не очень-то и желая слышать ответ: – Как там Циэль и Вильварин?
Совсем недавно ее правда волновала их судьба. Но теперь Асин куда больше заботил Вальдекриз. Повисло молчание. В такие моменты люди обычно подыскивают правильные слова – мягкие, точно пуховая перина.
Подошедший к училищу народ налетел волной на стены и тут же отхлынул. Через ворота, у которых сегодня стояло не двое, а четверо одинаково одетых часовых, прошли лишь трое – те самые, прибывшие с Каменного Великана. Остальные же потоптались неподалеку, погалдели и разбрелись по площади, выискивая для себя занятия.
– Их частично разобрали, – негромко, будто не желая произносить это вслух, сказал Вальдекриз. – Помнишь, я говорил тебе, что Железный Город занимается механизмами? Нам, – он развел руками, стараясь сохранить привычный, чуть насмешливый тон, – очень не повезло. Циэль и Вильварин – слияние человека и машины. И теперь Третий всеми силами пытается понять устройство их тел.
– Как человек может быть машиной? – не поняла Асин. Но вспомнила: Вильварин тоже говорила о механизмах.
– Как Мирра. Только сложнее, – коротко ответил Вальдекриз, явно не слишком желая вдаваться в подробности.
– Но если верить книгам…