– По крайней мере, эта глава моей жизни давно закончилась, – он пожал плечами. В воздухе дрогнуло и распалось на множество хрустальных осколков звенящее «нет». – Не злись на Каррэ, Аси. Ему не все равно. Просто не все равно. – Тихий голос вновь обрел цвет, зазвучал увереннее: – Лучше купи ему что-нибудь сейчас. Выпивку, например. Или чесночный хлеб. Еда – самый универсальный способ найти общий язык, подружиться или попросить прощения. Проверено.
Асин тяжело вздохнула и переплела пальцы. Громкая болтовня, детский смех, выкрики продавцов страшно ее раздражали. Будто весь мир не замечал, каким непростым выдался ее разговор с Вальдекризом. Асин даже бросила – метнула, резко повернувшись, – взгляд на толпу, но та лишь зашумела, никто не покачнулся, не посмотрел в ее сторону. А мимо, шурша мятым платьем цвета травы, пробежала девочка. Случайно толкнув Асин, она обернулась и, улыбнувшись так, что на щеках появились лунки-ямочки, принялась извиняться. Она выглядела чуть младше Асин, а волосы ее летели по ветру густыми каштановыми волнами. «Совсем как у мамы», – подумала Асин и кивнула ей: ничего страшного. А потом еще долго смотрела вслед, пока девочка не срослась с человеческим потоком.
– Послушай, Аси. – Это обращение било в живот, и дышать становилось труднее. Не первое имя, но вот такой его кусочек был для Асин особенным. – У нас не так много времени, и я хотел бы тебя кое о чем попросить. Ты вправе отказаться, – тут же добавил Вальдекриз, вскинув руки, а затем основанием ладони вытер губы.
– Продолжай, – страдальчески выдохнула Асин, не желая, чтобы он тянул слишком долго. Уже от одного этого вступления внутри закопошился страх неизвестности.
– Надо же, – Вальдекриз округлил глаза, коснулся костяшкой указательного пальца ее щеки и улыбнулся уголком губ. – Нет, это все еще ты. Просто… какая-то другая, более взрослая версия тебя. Неужели мой отъезд так повлиял?
– Нинген… – начала Асин, но, тут же услышав протяжное понимающее «о-о-о», замолчала.
– Помнишь, я оставлял тебе куб? Ты ведь его еще не выбросила? – он прищурился, будто ожидал, что она начнет юлить.
– Нет.
Он лежал в шкафу, замотанный в старую юбку, которую Асин не носила уже давно, а пустить ее на тряпки не позволяла странная привязанность к криво вышитым цветам. Теперь они оплетали загадочную шкатулку, и она будто пропадала за выступающими стебельками и мелкой листвой.
– Мне нужно, чтобы ты отнесла его кое-куда, – сказал Вальдекриз, и Асин в очередной раз выдохнула, не понимая, к чему все эти загадки. «Попросить кое о чем», «отнести кое-куда» – не слишком ли много ненужной таинственности?
– К тебе домой, – предположила Асин, желая поскорее разделаться с этой бессмысленной осторожностью, от которой становилось только хуже.
– Почти. – Его лицо вдруг ожило: тонкие брови дернулись, а затем медленно опустились, растянулся в виноватой улыбке рот, очерченный полукруглыми складками. Задрожали крылья носа, втягивая теплый воздух, где витало множество ароматов – от легких цветочных нот до жара свежей выпечки. – В Дом Солнца.
– Что? – чересчур громко воскликнула Асин и тут же закашлялась. Конечно, слово «дом» она угадала. Но оно совершенно не отражало то, о чем изначально подумала Асин.
– Тише.
Стоило Асин открыть рот, чтобы возмутиться, как Вальдекриз тут же сунул в него ложку, полную слипшихся орехов, и пожал плечами. Асин тяжело пыхтела, раскусывая одно ядро за другим, а пальцы ее яростно комкали ткань платья. Еще никогда ее так бесцеремонно не затыкали, а ведь она летала с Вальцером – как же непривычно звать его по первому имени, – который, если уж признаться честно и не оправдывать его даже про себя, мастерски заставлял ее замолчать.
– Аси, ты вправе отказаться, но дай мне объяснить. – Вальдекриз понизил голос, добавив чуть слышно: – Пожалуйста.
Асин лишь в очередной раз хрустнула орехом.
– Дом Солнца – капризный ребенок, состояние которого влияет на наш мир. По крайней мере, на Первый. – Он обвел взглядом торговую площадь и запрокинул голову, подставив лицо мягкому свету. – Именно поэтому я так о нем забочусь. Знаешь, из-за чего мы разошлись с предыдущим напарником?
Асин замотала головой и чуть не прикусила язык.
– Он продал одну вещь. Важную вещь. И сделал это просто так – чтобы подзаработать. Это был фрагмент мозаики. Кусочек цветной глины, безделица, – Вальдекриз усмехнулся. – С небольшим хвостиком завитка. Не представляешь, каких денег мне стоило вернуть его. Естественно, напарнику я начистил рожу, и он ушел. А мне назначили исправительные работы. Но мне было уже все равно, Аси. Мне было все равно.
Пока он молча наблюдал за редкими рваными облаками, плывущими по густой синеве, Асин облизывала ложку и терпеливо ждала. Ведь вместо разъяснения, почему она должна ему помогать, а главное – как попасть в место, о котором люди знают лишь по легендам, она получила короткую и совсем не поучительную историю, что не стоит продавать без спроса чужие вещи.