– Палку найдешь? – спросил он, глухо закашлявшись. – Не бойся, не стукну. Старый я, – заметил вдруг он, задумчиво свистнув оставшейся вместо зуба дыркой. – Покурить бы, – выдохнул и посмотрел на Асин, будто взглядом попытался забраться ей под кожу: – Наверное, я даже уважаю твой выбор, девочка. Будь я на твоем месте…
– Наверное, дело в том, что вы не на моем месте.
В повисшей тишине Асин отчетливо слышала, как под ногами Альвара ломались веточки, пока он искал палку для Вальцера. Тот же раз за разом прижимал пальцы к обветренным губам – словно хотел затянуться – и выдыхал, иногда запрокидывая голову, лишь слегка приоткрывая рот. Асин благодарила его за то, что не стал ничего советовать, иначе точно разрыдалась бы – настолько шатким казалось ее состояние.
– Вот, – сказал Альвар, протягивая длинную палку, на которой осталась пара зеленых листков, качавшихся при каждом движении.
Вальцер принял ее без благодарностей. Асин хотелось думать, что и сама она поступила бы так же, но папа учил вежливости – иногда добрые слова сами соскакивали с ее губ. Даже сейчас, когда Вальцер сделал первый шаг, выплевывая ругательства, она бросила блеклое «спасибо» Альвару, который, конечно же, услышал и, склонив голову, подставил локоть.
– Я бы хотел пообещать, что с вами ничего не случится, но, к сожалению, не могу, – сказал он, и в голосе его действительно зазвучала печаль. А затем его ладонь накрыла руку Асин, слегка коснувшись замерзших пальцев.
Они шли медленно, и, когда Асин начинала шататься, он терпеливо останавливался, давая перевести дух. Прошлая Асин очаровалась бы подобной заботой. Но сейчас это выглядело издевательством, игрой для несуществующих зрителей. Вальцер лишь усмехнулся:
– Красноречию явно учился. Ни-че-гошеньки не сказал толком, только страху нагнал.
– Прошу прощения? – Альвар вскинул брови.
– Когда, говорю, меня спрашивают, как пройти на рынок, я не начинаю расписывать, какие вкусные там пироги. Прощаю, – с явной ехидцей добавил Вальцер. И это вызвало у Асин легкую, пусть и нервную улыбку.
– Я понял, – ответил Альвар.
Со стороны казалось, будто они разговаривают на разных языках. Асин тряхнула головой, крепко зажмурившись, и в этот момент вновь запуталась в собственных ногах. Но Альвар удержал, подтянув к себе, и вновь остановился.
– Да не тяни ты кота! – рявкнул Вальцер.
– Для начала, наверное, стоит пояснить, что она не совсем человек. – Альвар замолчал, то ли давая возможность получше переварить сказанное, то ли подбирая верные слова. – Она – аномалия. – Он даже не удосужился назвать Асин по имени. Это «она» прозвучало так, словно ее рядом нет.
– Это как? – уж слишком громко спросил Вальцер, а вот Асин, кажется, понимала. И больше всего хотела остаться в Башне и не выходить оттуда. Желательно – никогда.
– Чтобы выяснить это, я и забираю ее. Информации, которой я владею, недостаточно. Меня вполне могли обмануть, я не исключаю даже такого поворота. И тогда ей не будет угрожать ничего, а значит, она не сегодня-завтра вернется. Но если верить словам…
– Чьим? – не унимался Вальцер.
Асин не почувствовала, как вцепилась пальцами в жесткий рукав Альвара, пока ее ладони не коснулись. Она пыталась расслабиться – или хотя бы не чувствовать себя так, словно все тело вмиг одеревенело и теперь нелепо шевелит веточками, стараясь походить на человека. Ей не нравилось, что Вальцер копает – точно любопытный кот – в самую глубь тайны, к которой сама Асин притронулась совсем недавно.
– Если верить словам, – с нажимом продолжил Альвар, – она представляет собой то же, что и прочие аномалии: искру, таящую в себе силу. Искру, способную менять вещи вокруг себя.
Асин понимала, откуда Альвар все это узнал. Сердце ее билось как никогда, стараясь проломить себе путь наружу. Каждый удар причинял ему боль. Асин хотелось бежать, но ведь наверняка она споткнется, упадет, после чего ей не оставят даже кажущейся свободы.
«Разве я тебя когда-нибудь подводил?» – прозвучал в голове голос Вальдекриза.
– Ведь вы это узнали от него? От Вальдекриза? – тихо засмеялась Асин, отказываясь верить собственным, вполне обоснованным мыслям.
– От него. Но он проговорился не по своему желанию. Он вообще отказывался говорить с нами даже на привычные темы. Его интересовали лишь образцы, женщины с механическими телами. – Альвар посмотрел наверх, словно силился вспомнить их имена.
– Циэль и Вильварин, – без особого желания напомнила Асин, вновь ощутив острую неприязнь к женщинам с изящными кошачьими телами.
– Он скрашивал их дни и постоянно болтал – ни о чем. Ругал еду и выпивку Железного Города, обещал, что однажды они попробуют жареный сыр. Травил байки об островах, часть из которых, бесспорно, была чистой воды враньем… А вы, стало быть, знали о своем необычном происхождении? – Альвар даже позволил себе улыбнуться, и эта обыденность разговора заставляла что-то внутри головы Асин чесаться. Она поскребла ногтями лоб и посмотрела на Вальцера, который, пусть с трудом, но шагал по правую руку от нее. Бинты на его запястье и лодыжке почернели от крови.