Оружие щелкнуло в его руках, сверкнуло короткое зазубренное лезвие. Вальдекриз ударил, навалившись всем телом… И почти рухнул, все-таки успев приземлиться на колено. Ворон, которого он пытался отогнать от Аэри, остался стоять на месте полупрозрачным дрожащим силуэтом, постепенно вновь обретая форму.
– Что это было? – пискнула Асин и крепче сжала сигнальную гильзу.
– Беги! – взревел Вальдекриз. – Хватай Аэри и беги! Это…
– Тоже аномалия? – с дрожью спросила она.
– Какая ты умница, – огрызнулся он и вновь резким жестом указал на окно. – Беги! Я знаю, как ты любишь обнимать всяких тварей. Но пока неясно, могут ли они нам…
Зашелестели перья, а затем крылья одного из воронов распахнулись. Засвистел ветер, взметнулись в воздух клочья желтой пыли – и Вальдекриз, не удержав равновесия, завалился набок, прокатился по земле. Асин успела схватиться за дверной косяк, упереться ногами в дощатый пол. Она задыхалась, а волосы так и норовили забраться в рот.
– Вот же… – Вальдекриз сплюнул под ноги ругательство. – Да почему рядом с тобой вечно все идет не так?
– Да что не так? – подала голос Асин.
– Они не видят нас. А значит, не должны навредить. Но… сама видишь!
Пока один из воронов отвлекся, Аэри полоснула его по шее, а затем вогнала клинок во впалый лоснящийся живот. Тут же она сама отлетела к стене дома – второй ворон взмахом руки отшвырнул ее. Он уже схватился за висевшее на поясе оружие, но вдруг согнулся и тяжело задышал. Асин непонимающе захлопала глазами и, выглянув из-за двери, поднялась на носки. Позади ворона стоял тот самый юноша, пытавшийся сбежать с праздника. Он сжимал обломанный столб, на котором покачивался смятый и уже не светящийся фонарик.
– Сота! – выдохнула Аэри, поднимаясь и бросаясь к поверженному противнику за своим оружием. – Я думала, ты убежал.
– Я не оставлю вас. – Он вновь ударил ворона, когда тот развернулся, и попал по клюву. Раздался хруст. – Верховная жрица.
– Не зови меня так, Сота. – Аэри поставила ногу на грудь ворона и, обхватив покрепче рукоять меча, попыталась вытащить его. – Уходи. Пока не пришли другие, уходи, прошу тебя. Это не твоя битва.
– И не твоя, Аэри. – Сота улыбнулся. Ворон тут же обхватил его лодыжку, дернул на себя – и он плашмя упал на землю.
Аэри отреагировала мгновенно: рубанула по руке, а затем вонзила меч чуть ниже лопаток ворона, старательно, насколько хватало сил, проворачивая его. Лишь поняв, что враг больше не поднимется, она упала на колени рядом с Сотой и взяла его ладони в свои. На щеках заиграл румянец, темные стеклянные глаза забегали. Асин знала этот взгляд. Так часто смотрела и она сама – растерянно, непонимающе, ища поддержки. Она прижала руку к груди, стиснула кулак и улыбнулась, видя, с какой теплотой держится за Соту Аэри.
Поднявшись, Вальдекриз рукавом попытался стереть с лица налипшую пыль, но лишь размазал ее. Он недовольно, устало глянул на замерших, словно остановивших время Аэри и Соту, а затем повернул голову. Асин, наклонившись и наполовину высунувшись из укрытия, огляделась и заметила неподалеку ту самую девушку. Она стояла, покорно сложив руки на широком поясе алого, украшенного большими белыми узорами наряда. В ее длинных, собранных в высокую прическу волосах пестрели цветы; она вся напоминала пышный букет, повязанный лентой. В сравнении с ней, такой яркой, Сота выглядел невзрачно – лохматый, темноволосый, с улыбающимися раскосыми глазами. Из-за своей черно-серой одежды он почти сливался с окружающим мраком, в то время как его спутница, наоборот, слишком выделялась.
– Нашли время для милых прощаний, – фыркнул Вальдекриз, ощупывая нижнюю губу. Асин пригляделась и увидела на подушечках его пальцев кровавые следы.
– Я задержу их. – Аэри заботливо убрала волосы со лба Соты и легко, почти невесомо улыбнулась. – И догоню вас. Даю слово. Сейчас твоя главная задача – доставить Юмэ в безопасное место.
– Почему меня никто никогда не слушает? Кажется, вы забыли, что мы тут не одни. – Вальдекриз резко указал в сторону. Камни на его браслетах качнулись, застучав друг о друга, а на их гранях, темно-алых, почти черных, заиграл свет.
Вороны медленно возникали вдалеке. Они не выходили из темноты, а будто собирались из нее – бесформенный вездесущий мрак превращался в безобразных, покрытых перьями людей. Вороны шли неспешно; хвосты их мели по пыльной земле. Оружие не гремело, а поступь была твердой, но легкой.
– Будьте счастливы, – прошептала Аэри и, выпустив ладони Соты, схватилась за меч. – Беги, Сота. Беги и не оборачивайся. Не давай сомнениям сковать твои ноги льдом.
– Аэри…
– Ты безоружен, Сота. И если останешься, лишь принесешь себя в жертву, которая не будет стоить ничего.
– Я понял вас, – он склонил голову, – верховная жрица. Постарайтесь.
– Да. – Она встала, повернулась лицом к врагу и отвела в сторону клинок, собираясь броситься вперед. Подступающая толпа походила на хищную черную волну, готовую накрыть их всех и утянуть за тобой.
Сота убежал. Как и обещал, не оборачиваясь. Он заботливо придерживал Юмэ за талию и уводил все дальше.