– Скоро праздник, госпожа Ханна, – улыбнулась Аэри, проведя пальцами по длинному широкому рукаву одного из нарядов. – Он обещает быть шумным и веселым. Громом разразятся барабаны, застучат легким дождем деревянные дощечки, запоет песня ветра – и множество девушек, служительниц храма, закружатся в танце.
Густая тишина, заполнявшая комнату всякий раз, когда кто-то замолкал, не давала поверить в этот рассказ. Откуда здесь, среди вечной ночи и спертого воздуха, взяться людям? К тому же счастливо празднующим что-то. На их месте Асин радовалась бы только одному – возможности выбраться наружу и улететь куда подальше. Прихватив с собой несколько книг, конечно же.
– А можно и нам поприсутствовать? – спросил Вальдекриз. Он склонил голову набок и указательным пальцем поигрывал с серьгой.
– Отчего же нельзя? Прошу. – Аэри вновь поклонилась. Она делала это до странного часто.
Асин смущало ее поведение, и это странное обращение – «госпожа Ханна» – тоже смущало. Но для Аэри это, кажется, было делом привычки.
– Наш бог добр и милостив, милосерден и терпелив. Он с радостью примет гостей – с какими бы намерениями они ни явились. Двери храма открыты для всех.
– Неужели вы нас не боитесь? – фыркнул Вальдекриз, оттолкнулся и отлип от стены, напоследок царапнув ее ногтями.
– Нисколько, – спокойно сказала Аэри. – Я уже давно ничего не боюсь. – В дрогнувшем свете крохотного огонька ее улыбка выглядела пугающе.
И если Вальдекриз был абсолютно уверен в своем желании, то Асин сомневалась. Она чувствовала бы себя в безопасности рядом с Атто, который, без сомнения, не отправился бы в неизвестность в компании малознакомой девушки с коротким бесцветным именем, бледным лицом и пустым взглядом. Но когда Вальдекриз вышел из комнаты, напоследок бросив на Асин насмешливый взгляд – вот ведь маленькая трусишка, – она метнулась за ним, лишь наполовину закрыв бесшумную дверь. Он смеялся – тихо так, прикрыв рот кулаком; плечи его содрогались. Казалось, он не видит в их путешествии по коридору в непроглядную тьму ничего необычного. Поняв, что Аэри своими крохотными шажками отошла на значительное расстояние, Вальдекриз постучал пальцем по виску и кивнул в ее сторону. Асин молча всплеснула руками. Она не знала, как еще показать, насколько ей не нравится вся эта затея.
Но отступать было поздно. Оглянувшись, Асин вздрогнула, отшатнулась и врезалась больным плечом в Вальдекриза. Тьма, которая раньше заполняла лишь коридор впереди, переместилась им за спины. Асин понимала, что дорога обратно прямая и для безопасности можно держаться за стену, но это не утешало. Зато ноги все сильнее напоминали холодную кашу – так же дрожали при каждом движении.
– Осторожно, булка, – усмехнулся Вальдекриз, на удивление аккуратно взяв ее за плечи. – Расшибешься. – Холодные пальцы легли на ее подбородок, и она увидела совсем близко его лицо. И ставшие черными глаза.
– Я больше не… – попыталась ответить Асин, но голос тоже не хотел слушаться. Он захрипел и совсем стих.
А ведь почти хватило смелости отказаться от совместных полетов, то ли злобно, то ли обиженно сказать, как сильно ей надоели новые впечатления. Пусть лучше их не будет – и ничего не будет. Но тут темнота расступилась, и почти готовая фраза, колючая и горькая, вылетела из головы, а каша, заменившая Асин ноги, застыла.
Перед ними в фиолетово-оранжевом тусклом свете предстал город. Вернее, городишко с десятком редких, как старческие зубы, домов, мелких, одноэтажных, со стенами из белого камня и темно-синими крышами. За хлипкими невысокими заборчиками росла пшеница; колосья ее покачивались, точно от ветра. А у калиток – или у дверей неогороженных зданьиц – на деревянных столбах висели красно-золотые бумажные фонарики, распускавшие вокруг себя шары теплого желтого света.
В самом центре городка под неровной крышей замер огромный величественный колокол со множеством непонятных надписей на гладких зеленоватых боках. Но не он привлек внимание Асин.
Она слышала голоса, только почему-то не могла разобрать слов. Рядом звенел детский смех; от топота маленьких ног в воздух взметалась пыль. Но самих людей не было. Асин завертела головой в поисках Аэри – лишь она могла объяснить, что происходит, – но та уже гордо стояла рядом с колоколом. Она улыбалась, довольно зажмурившись, иногда кланялась. Губы двигались – она явно отвечала кому-то, – а одежда, яркая и красивая, которую она все это время несла в руках, пропала, будто и ее не было.
– Ты ведь думаешь, что все это… немного странно? – поинтересовался Вальдекриз, легонько постучав Асин ногтями по плечу.
– Ты можешь хотя бы сейчас вести себя серьезно? – дрожащим голосом попросила она.