Новую карту капитан Альвар вручил с неохотой. Какое-то время, стоя перед Асин и Вальдекризом, он держал ее в руках, возможно, опасаясь, как бы и с ней, новой, хрустящей, свернутой в тугую спираль, не случилось беды. Асин по-прежнему чувствовала себя бесконечно виноватой, и даже теплая ладонь Вальдекриза на плече не помогала взбодриться, сосредоточиться на чем-то, кроме тревоги. Наконец Альвар вытянул руку с картой и коротко кивнул.
– Свободны, – сказал он и, отсалютовав, удалился.
Сердце Асин будто рухнуло прямиком в голодный желудок: свободной она себя уж точно не ощущала, пусть даже у нее была возможность остаться на «Небокрушителе» и отправиться вместе со всеми к воздушным башням Младшего Брата.
– Что значит «обладающие определенными свойствами»? – поинтересовалась она, когда Альвар отошел на достаточное расстояние. Видимо, это должен был знать каждый уважающий себя крылатый человек, но Асин, как обычно, пребывала в неведении.
– Я так полагаю, – Вальдекриз задумчиво постучал ногтями по одной из своих сережек, – это те вещи, которых не найти у нас. Неизученные и потенциально полезные. В Железном их разбирают на части, чтобы понять принцип работы и научиться создавать такие своими руками.
– И не могут собрать обратно, – буркнула Асин, вспомнив свою так и не научившуюся ходить маленькую дребезжащую птичку.
– О-о-о, булка, – протянул Вальдекриз с привычной ехидной улыбочкой. – А ты знатно рассердилась на господина капитана.
– Нет, просто… – начала она, но умолкла и, сжав кулаки и запрокинув голову, простонала.
Конечно же, она перестанет злиться на капитана Альвара, а в будущем, может, даже забудет его слова – вернее, молчание. Но сейчас ее возмущало все связанное с ним и Железным Городом. Например, то, что она так и не сумела починить дорогую сердцу игрушку, хотя папа частенько помогал – словом или делом. Руки Асин, видимо, не умеют чинить вещи. И людей. А что они вообще умеют? Все, что она делала за последнее время, – это ломала, ломала и ломала.
– Он бы прыгнул, булка. Если тебя волнует это. Потому и сменил тему. Человек его положения обязан сказать «нет», хотя обычный человек сказал бы «да», пусть и слегка поколебавшись. Ответ слишком очевиден. По разным причинам, будь то самолюбивое желание не потерять напарника, к которому привык, или излишняя доброта, многие прыгнули бы. Он – не исключение. Поэтому, – Вальдекриз наклонился и довольно ощутимо щипнул ее за щеку, – никогда не надумывай раньше времени. Люди отчасти лучше, отчасти хуже, чем ты считаешь. И почему ты исключаешь вариант, что ты ему просто нравишься? Такое вполне возможно.
«Небокрушитель» плавно покачивался, приближаясь к краю острова. У Асин кружилась голова, ноги ее превращались в две подвижные пружины. Выглянув за борт и найдя взглядом одну из тех самых удивительных каменных дорожек, она раскинула руки и глубоко вдохнула наполненный теплом воздух. Затем выдохнула через нос, зажмурилась, тряхнула головой, выгоняя лишние мысли, и шагнула к краю – туда, где скреблась о фальшборт веревочная лестница, съезжая то в одну, то в другую сторону.
– Кажется, к кому-то только что вернулось настроение? – бросил ей в спину Вальдекриз, и она тут же свела лопатки под жилеткой.
– Можно сказать и так. – Асин обернулась, а потом внезапно даже для себя предложила: – Слушай, а… ты не хочешь снова прийти к нам в гости?
Видимо, так подействовали свежий воздух и легкость внутри.
– Каррэ не будет рад, – улыбнулся Вальдекриз, медленно приближаясь к ней. – Я сомневаюсь, что он и в тот-то раз обрадовался, пусть и не застал меня лично.
– Приходи. Мы сделаем ту самую рыбу по маминому рецепту. Я покажу тебе огород. А еще, помимо Пите и Джеко и кота – у него нет имени, настолько он свободен от всего, – у меня есть старенькая урр по имени Уна, ее ты точно не видел! – Асин важно подняла палец. – А можем приготовить рыбу вместе, как самые настоящие…
– Друзья? – перебил ее Вальдекриз. – У меня нет друзей, булка. Есть знакомые, те, с кем я пью… и ты.
– У меня тоже нет друзей! – она часто замотала головой. – Я только учусь общаться с кем-то кроме папы. Но мне бы очень хотелось по-настоящему подружиться с тобой. – Она покрутила пальцами слипшийся хвостик серьги, приводя его в порядок.
– Я не против. – Он закатал рукава до локтей, показывая, что уже готов спуститься на безымянный остров. – Тогда вернемся и поищем с тобой хорошие такие рыбьи хвостики. Я угощаю. – Он картинно поклонился. – Договорились?
– Договорились!
Как же Асин была счастлива! Ее мысли, перескочив полный аномалий остров, уже рисовали тот день, когда к ним заглянет Вальдекриз и они втроем, разместившись у широкого стола, начнут готовить. Она сбегает за свежей холодной водой, и собаки понесутся впереди нее, заливаясь радостным лаем. А вечером, сидя в свете свечей и уплетая мамину рыбу – Асин считала, что это блюдо называется именно так, – они с Вальдекризом будут наперебой рассказывать папе о своих приключениях.