– Когда не знаешь, что сказать, – молчи, – добродушно посоветовал сверху Вальдекриз, когда с подошвы его сапога слетел камешек и угодил точно на макушку Асин. – Но я тебя понял, булка. Ты пытаешься сделать то, от чего прочие стараются держаться как можно дальше.
– Это что же? – спросила она, тряхнув головой.
– Увидеть во мне человека. Тебе еще учиться и учиться. – Вальдекриз отпустил одну руку и навис над ней. – Простая истина есть у крылатых людей: напарник – не человек.
Хотелось спорить, но положение было не слишком удобным: Асин висела над океаном, который чуть не поглотил ее, и сейчас ее занимало одно – лишь бы не свалиться обратно. Недавно согревшиеся ладони вновь стали холодными, а ноги одеревенели. Перекладина под мокрыми ботинками угрожающе раскачивалась. Карабкалась Асин медленно, постоянно озираясь. Стариковский зуб все отдалялся от них, вернее, это они уходили от него, а внизу волновался под игривыми руками ветра океан, сверкая на солнце подобно граням драгоценного камня.
Конечно, отчасти мысль Вальдекриза была верной, и в чем-то Асин даже согласилась с ним. Рядом с напарником ты действуешь по инструкции, а рядом с другом… как говорила девушка, о которой рассказывал Вальдекриз? «По зову»? Ведь тобой движут собственные интересы, а никак не родного острова.
Наконец «Небокрушитель» принял их в свои объятия. Асин заползла на палубу и, так и стоя на четвереньках, с ужасом осознала, что все тело болит: руки и ноги напряжены, глаза горят, внизу живота скрутился тревожный ком, а в голове кто-то взялся за маленькие молоточки. Ее замутило, и все-таки она, пошатываясь, поднялась.
– Что произошло? – раскатом грома прогремел голос капитана Альвара.
В этот момент он напомнил Асин своего отца, генерала Кайра – неуправляемую стихию, грозящую обрушиться на тебя в любую секунду. Стоял он прямо, расправив плечи, смотрел пристально, но взгляд казался Асин не спокойным лесом, таинственным и далеким, а куском металла, готовым обратиться смертоносным оружием. Ноги тут же стали ватными, затряслись колени, руки сжались в кулаки.
– Недоразумение, – ответил Вальдекриз. – Но мы готовы вернуться на остров и продолжить исследования.
– Я надеюсь, – с нажимом сказал Альвар, и Асин почудились в его тоне брезгливые нотки, несказанное «Я даю вам последний шанс». – Думаю, вы понимаете, что мне не нужны ваши оправдания. И я готов закрыть глаза на это, как вы говорите, недоразумение. Но мне нужен результат.
– П… – Асин замолчала. В похолодевшие ладони впились короткие ногти. – Простите, – сделав над собой усилие, выпалила она, лишь чудом не добавив нелепое «Я не специально».
– Ханна, – он обратился к ней по второму, чужому имени – он был мягким, будто разговаривал с неразумным ребенком, который отнял у взрослого что-то очень ценное, – надеюсь, ты понимаешь, сколько времени мы потратили на то, чтобы вернуться. И сейчас мы продолжаем его терять. Вы подписали договор, а значит, осведомлены, что от вас требуется. – Он задумчиво провел двумя пальцами по усам и бороде. – И готовы ко всему. Даже возместить ущерб в случае провала.
Слово «ущерб» выросло глухой стеной, за которой теперь прятались все карьерные перспективы и некупленные украшения.
– Не поднимайте лестницу, – попросил вдруг Вальдекриз. – Спустимся так. Или, – он глянул на Асин с сочувствием, – я один спущусь.
– Нет! – Асин лишь чудом не бросилась к нему и не вцепилась в рукав. – Нет, я отправляюсь с ним. – Она прижала ладонь к свободной птице, и та согрела кожу своим теплом. – Мои ошибки – это мои ошибки, – попыталась повторить она тоном Вальдекриза.
Рэм, шакалий сын, такой же необычный, как зверь из легенд, – если верить истории Вальдекриза, – смотрел на нее выжидающе поверх погона, украшенного несколькими полосами. Брови его сползлись к переносице, и между ними появились две жесткие складки, выражающие скорее не недовольство, а сосредоточенность. Асин поджала губы, шмыгнула носом – после встречи с океаном она чувствовала, что вот-вот заболеет, – и шагнула вперед, ему навстречу.
– Я бы не оставил ее умирать, – нарушил тишину Вальдекриз. Усмехнувшись, он обратился к капитану Альвару: – А вы?
Ответом ему была тишина.
Быть может, спас бы, прыгнул бы следом. Или же, как достойный сын своего отца, остался бы дальше исследовать территорию. Ведь именно так учили каждого с малых лет: жить и работать на благо своего острова, где все – семья. Твое достижение – это достижение общее, твоя ошибка – только твоя.
– Понимаю, – вздохнула Асин. – Я бы, возможно, и сама не прыгнула за собой.
– Глупости говоришь, булка, – перебил ее Вальдекриз, не дав закопать себя в сомнения по самую макушку. – Когда-нибудь ты поймешь простую истину: мертвый человек уже ничего не сможет. Вот, например, чего ты хочешь?
– А при чем тут это? – удивилась Асин.
Альвар одновременно с ней озадаченно посмотрел на Вальдекриза.
– При всем. Отвечай: чего бы ты хотела для себя?