Да, моя душа шире, намного шире! Если сравнить её с тем озерцом из лесной глуши, то не всё в ней так спокойно и тихо, как покажется с первого взгляда. На самом деле бурлят, шумят, кружатся там мощные водовороты всевозможных подводных течений. Холодными ключами и жаркими гейзерами бьют в ней десятки невероятных, иногда совершенно непонятных желаний. К чему их столько? Кто поселил их туда? Кто наделил меня этим добром? Нет ответа. И я просто живу. Иногда следую на поводу у этих желаний; иногда даже борюсь с ними самыми невероятными способами. Что поделаешь? Так я устроен.
Взять, к примеру, одно из самых никем не разгаданных (и даже мной!) желаний в душе моей – это желание сделать так, чтобы всем вокруг стало хорошо. Нет, не имею в виду свою семью. Тут я расшибусь в лепёшку, чтобы ничто не омрачило её счастливое существование. Снова (как всегда) беру гораздо выше и шире. Лелею мысль о том, как бы сделать прекрасной жизнь хотя бы в Краюхе; как бы помочь односельчанам. Ну неприятно смотреть и видеть, как они, словно ракушки, захлопнулись каждый в свой панцирь! И ведь ручаюсь за то, что все думают, что мир маленький и уродливый. А почему? Да потому что последние лет пятнадцать-восемнадцать убеждают их в этом ежеминутно и ежесекундно. Чего стоит только включить телевизор! Отсюда всё и пошло, поехало. Информация. А ещё говорят, что не зомбируют. Зомбируют!
Кровь, трупы, насилие, лёгкие деньги, богатая пожива криминала. Ну скажите: будет наш человек, простой, обыкновенный, смотреть изыски балета или классическую драму во МХАТе, если рядом показывают про то, как кто-то очень легко богатеет и за один вечер умудряется удовлетворять по пять горяченьких блондинок? А-а-а-а! Вот видите, как всё просто. Отучи человека думать, дай ему сладкую сказку да снабди самыми низменными инстинктами – и всё! Делай с этим человеком что хочешь. Он вроде свободен, но раб. Раб самого себя. А как это использовать, уж поверьте: ухарей на моей великой Родине всегда немало. Были одни – хаяли других. Теперь эти другие хаят тех, что были. Прямо замкнутый круг. А всё очень банально. Только из-за того – как говорил Арнольд Михалыч Лахновский, – чтобы мягко спать и сладко жрать!
Ого, куда занесло! Сам будто не из того же теста. Ну, ведь нашёл в себе силы хотя бы подумать о том, как помочь землякам. Да и не только подумать. За последние два года немало сделал. Но обо всём по порядку…
Хозяйство разрослось и быстро окрепло. Только не подумайте, что всё это благодаря тем средненьким урожаям, которые я убирал со своих первых полей. Встал «на ноги», только уповая на мои прежде выстраданные и чуть позже приумноженные капиталы. Без них! За два года! Ни о каком благополучии и речи быть не могло. Не то чтобы на ноги – и на один бы палец не поднялся! К сожалению, такова реальность. И похоже, никто не собирается ничего менять.
Так вот, теперь у меня в пользовании уже три с половиной тысячи гектаров земли. К трём «Кировцам», взятым в лизинг ранее, прибавилось два новеньких голубеньких МТЗ-82, два комбайна и автомобиль КамАЗ с прицепом. Плюс я приобрёл три плуга, два канадских бороновальных комплекса «Дегельман», две тракторные телеги и кучу разных мелочей, без которых в хозяйстве просто не обойтись. Всё это: трактора, машины, бороны и прочее – рабочие места! Да за всем нужен уход и догляд.
Таким образом, в хозяйстве насчитывалось с десяток рабочих. Это были лучшие труженики Краюхи. Я не напрасно сделал ставку на Владимира Ивановича Фокина. Он сам пахарь ещё тот и людишек «сосватал» что надо! Правда, положа руку на сердце, скажу, что можно было бы обойтись меньшими силами. Но непонятное, щемящее чувство жалости заставило взять на работу пару-тройку лишних человек. Помнил я, ещё с детства помнил, какими хорошими работягами были они в колхозе. А теперь… Да ладно. Кое-кого из них свозил «на кодировку» и плачу неплохие денежки. Кто тянется к жизни, тот всё понял, будет работать. А кто нет – того ничем не исправить. Ну, вроде пока что все поумнели.
Вот только Петька – дружок мой – так на работу и не пошёл. Как только я ни уговаривал. Сказал: «Нет!» и всё тут. Хотя на стройку, к новому дому, приходит частенько. Поговорим по душам, Зоя чайку вынесет – почаюем. Дикий он какой-то – Петро. Взгляд грустный.
