Сирота подивился смышлёности солдата, который понял, что проехать герцогство без знания языка бенортов Тахиос не смог бы, и предусмотрительности командиров Марки: бенорты в большинстве своём считали, что изучать язык врага – трата времени. Лишь живущие на границе и знать понимали пару диалектов.
– Империя, – Тахиос решил быть дружелюбным со всеми, иначе ему никогда не добраться до Ангмассалика. – Далеко, там.
Горец с любопытством проследил жесты сироты.
– А что делаешь здесь?
– Я ищу. Зеркало Мира.
– Это сказки.
Тахиос выразительно посмотрел вокруг, как бы спрашивая: а великаны-людоеды, разгромившие заставу, не сказки?
– Мне было видение.
– А-а-а.
С суевериями солдат спорить не стал.
– И куда ты направишься?
– Ангмассалик. Там мне надо будет найти следы.
– Следы, говоришь, – повторил у него за спиной подошедший Домард из Кирнбурга. – Кискейлт, было у него что-нибудь? – нет? – ладно. Я напишу тебе подорожную парень. Но если ты поедешь по этой дороге, то на пути у тебя будет лежать Илон – там много купцов, желающих поживиться серебром из наших рудников, много чужих ушей, и слишком свободные нравы. Не надо бы тебе ехать туда раньше нас, – серые глаза словно говорили: странно, очень странно, что ты хочешь миновать наш славный Илон, где как раз и сидят твои соотечественники, и алхимики, колдующие над серебром, и множество проходимцев, собирающих и разносящих сплетни по всей Марке. – Если ты хочешь попасть прямиком в Ангмассалик – я тебе помогу. Мой человек проводит тебя и заодно отвезет послание в Мриермэль. Дай слово, что не попытаешься бежать и не нападёшь на моего оруженосца, охотник за зеркалом, и ты поедешь самой короткой дорогой.
Тахиос поклонился.
– Даю слово.
– Что ж. Кискейлт, я дам тебе письмо – доставишь его к воротам Мриермэля. Там разберутся, что делать. Скажи им – я останусь здесь с половиной людей и припасов, дам знать в Илон и окрестные замки. Станем отстраиваться. Оставшиеся солдаты перейдут под командование Райриха Смельчака, он уведет их обратно к Липким Камням. Иди, седлай себе коня. Да поможет вам Единообразный.
В сгущающихся сумерках Илон высился в небольшой долине как холм, покрытый огнями. Алвириан успела проскользнуть в ворота до закрытия и теперь медленно шла по узким скользким улочкам, ведя коня в поводу. Лавочки уже закрывались, а из-за дверей таверн слышались громкие голоса и янтарный свет лился сквозь неплотно прикрытые ставни. Народ сновал вокруг в какой-то предпраздничной суете, перекрикиваясь и раскланиваясь. Обрывки чужой речи сбивали с толку, но дева знала – это ненадолго. «Леденец, – внезапно подумала она. – Этот город похож на леденец или прикидывается таким». Стража, патрулирующая кварталы, была привычна к виду незнакомцев и не слишком заглядывалась на девушку. Оказавшись на тесной площади, Алвириан оглянулась и увидела, как белеют занесенные снегом утёсы Гремящего кряжа, и тени от облаков пробегают по ним. Рудники же, находящиеся чуть восточнее, курились тёмно-сивым дымом от плавильных печей и горнов.
– Любуетесь красотой наших мест, миледи? – вкрадчиво спросил её довольно опрятный зазывала, пытаясь взять деву под руку. – Ручаюсь, из окон на третьем этаже нашего гостиного двора вы сможете увидеть и скованный льдом Нисстис, и леса в долине, где, говорят, так приятно охотиться на оленей и туров. Прошу, миледи, позвольте проводить вас к жаркому очагу и бокалу лучшего котлафского красного…
– Что ж, – раздумчиво сказала Алвириан. – Я, пожалуй, проведу у вас одну ночь, но только в обмен на ответ.
– Что желает знать достопочтенная госпожа моего сердца?
– Я ищу своего дядюшку – он сын империи, так же как и я. Скажи мне, где нынче останавливаются люди с Юга?
– Я даже готов проводить вас туда, моя госпожа… – прозрачно намекнул юноша, подставляя ладонь. Шпионка вложила туда пару медных монет, и зазывала, улыбнувшись, развернул её лицом к нужной улочке.
– Пройдёте до перекрестка, где на одном из домов установлен ворот с фигуркой совы. Там повернете налево и идите, пока не упретесь в трактир «Благословение копей» – дурацкое название, смею заметить. Там вывеска с горном и киркой. Многие гости с Юга останавливаются в этом месте. Может, что и узнаете.
– Благодарю.
– Да не за что, госпожа. И не забывайте – мы находимся на этой площади, всегда к вашим услугам!
Кобыла покорно трусила за девой, выдыхая облачко пара над её левым плечом.
Когда на плечо Хлисти опустилась женская рука с изящными длинными пальцами, он расплылся в улыбке и плутовским движением огладил свою крашеную хной бородку, заплетённую в две косички, на туэркинтинский манер. Но скосив глаза, он увидел узкое, с высокими скулами смуглое лицо и в его карие глаза заглянули зелёные глаза «племянницы», горящие поистине ведьминым огнём.
– Да убережёт меня Кжал! – суеверно выдохнул купец, позабыв, что в Анриаке правит совсем другой бог. – Что ты хочешь от меня, незнакомка?
– Тсс… – приложила палец к губам Алвириан. – Дядя, милый, разве ты совсем позабыл меня? Я приехала к тебе с приветом от твоего старшего брата Сеона.
