| "I do not intend to make a long eulogy," he said in his clear, almost Oxford diction with its faint Irish underlay. | - Не стану растекаться в пространных славословиях, - произнес он чуть ли не с оксфордской изысканностью, по его речи почти незаметно было, что родом он ирландец. |
| "Mary Carson was known to you all. | - Все вы знали Мэри Карсон. |
| A pillar of the community, a pillar of the Church she loved more than any living being." | Она была столпом и опорою нашего общества, опорою святой церкви, которую возлюбила превыше кого-либо из людей. |
| At that point there were those who swore his eyes mocked, but others who maintained just as stoutly that they were dulled with a real and abiding grief. | Иные слушатели потом клялись, что при этих словах глаза его блеснули насмешкой, другие столь же решительно утверждали, что взор его туманила глубокая, неподдельная скорбь. |
| "A pillar of the Church she loved more than any living being," he repeated more clearly still; he was not one to turn away, either. | - Она была опорою церкви, которую возлюбила превыше кого-либо из людей, - повторил отец Ральф еще отчетливей; он был не из тех, кто сворачивает с полпути. |
| "In her last hour she was alone, yet she was not alone. | - В последний свой час она была одна - и все же не одна. |
| For in the hour of our death Our Lord Jesus Christ is with us, within us, bearing the burden of our agony. | Ибо в наш смертный час с нами и в нас пребывает Господь наш Иисус Христос и на себя принимает бремя наших мук. |
| Not the greatest nor the humblest living being dies alone, and death is sweet. | Ни величайший из людей, ни последний из малых сих не умирает в одиночестве, и смерть сладостна. |
| We are gathered here to pray for her immortal soul, that she whom we loved in life shall enjoy her just and eternal reward. | Мы собрались здесь для молитвы о бессмертной душе усопшей, да воздается ей, кого мы любили при жизни ее, по заслугам в жизни вечной. |
| Let us pray." | Помолимся. |
| The makeshift coffin was so covered in roses it could not be seen, and it rested upon a small wheeled cart the boys had cannibalized from various pieces of farm equipment. | Самодельный гроб стоял на низкой тележке, сколоченной мальчиками Клири на скорую руку из собранных на усадьбе деревянных обрезков и колесиков; его совсем скрывали от глаз горой насыпанные розы. |
| Even so, with the windows gaping open and the overpowering scent of roses, they could smell her. | Но, несмотря на распахнутые настежь окна, сквозь душный запах роз все ощущали и другой запах. |
| The doctor had been talking, too. | Об этом еще раньше говорил врач, который приехал в Дрохеду засвидетельствовать смерть. |
| "When I reached Drogheda she was so rotten that I just couldn't hold my stomach," he said on the party line to Martin King. | - Когда я приехал, она уже до того разложилась, что меня вывернуло наизнанку, - сказал он по телефону Мартину Кингу. |
| "I've never felt so sorry for anyone in all my life as I did then for Paddy Cleary, not only because he's been done out of Drogheda but because he had to shove that awful seething heap in a coffin." | - В жизни я так никому не сочувствовал, как бедняге Пэдди Клири - мало того, что у него отняли Дрохеду, так он еще должен впихнуть эту падаль в гроб. |
