| He turned abruptly, lowered his face to hers, and seemed to catch the rounded curve of her lips exactly into his, like two pieces of a jigsaw puzzle; though he didn't hold her or touch her elsewhere she felt locked to him and let her head follow as he leaned back, drawing her forward onto his chest. | Люк круто обернулся, наклонил голову, и его губы сошлись с губами Мэгги, изгиб в изгиб, будто частицы головоломки; он не обнял ее, не коснулся руками, и однако, она почувствовала -не оторваться, и потянулась за ним, губами к губам, когда он отклонился на спинку сиденья и притянул ее к себе на грудь. |
| His hands came up to clasp her head, the better to work at that dizzying, amazingly responsive mouth, drain it. | Сжал ладонями ее виски, чтобы полнее, до головокружения упиваться этими удивительно отзывчивыми губами. |
| Sighing, he abandoned himself to feeling nothing else, at home at last with those silky baby's lips finally fitting his own. | Глубоко вздохнул, безраздельно отдался единственному ощущению: наконец-то эти младенчески нежные губы по-настоящему слились с его губами. |
| Her arm slid around his neck, quivering fingers sank into his hair, the palm of her other hand coming to rest on the smooth brown skin at the base of his throat. | Рука Мэгги обвила его шею, дрожащие пальцы погрузились в его волосы, ладонь другой руки легла на смуглую гладкую кожу у горла. |
| This time he didn't hurry, though he had risen and hardened before giving her the second cup of champagne, just from looking at her. | В этот раз он не стал торопиться, хотя пришел в полную боевую готовность еще прежде, чем дал Мэгги второй стаканчик шампанского, только оттого, что смотрел на нее. |
| Not releasing her head, he kissed her cheeks, her closed eyes, the curving bones of the orbits beneath her brows, came back to her cheeks because they were so satiny, came back to her mouth because its infantile shape drove him mad, had driven him mad since the day he first saw her. | Все еще сжимая ладонями голову Мэгги, он стал целовать ее щеки, ее сомкнутые веки, дуги бровей, снова щеки - такие шелковистые, снова губы - их младенчески нежный изгиб сводил его с ума, всегда сводил с ума, с того самого дня, когда он увидел ее впервые. |
| And there was her throat, the little hollow at its base, the skin of her shoulder so delicate and cool and dry.... Powerless to call a halt, almost beside himself with fear lest she should call a halt, he removed one hand from her head and plucked at the long row of buttons down the back of her dress, slid it off her obedient arms, then the straps of her loose satin slip. | И вот ее шея, впадинка у горла, плечо - кожа такая нежная, гладкая, прохладная... Не в силах остановиться, вне себя от страха, как бы она не заставила его остановиться, Люк одной рукой начал расстегивать длинный ряд пуговиц сзади у нее на платье, стянул рукава с ее послушных рук, спустил с плеч свободную шелковую сорочку. |
| Face buried between her neck and shoulder, he passed the tips of his fingers down her bare back, feeling her startled little shivers, the sudden hard points to her breasts. | Зарылся лицом в ямку между ее шеей и плечом, провел кончиками пальцев по обнаженной спине, почувствовал, как прошла по ней пугливая дрожь, как напряглись кончики грудей. |
| He pushed his face lower in a blind, compulsive touch-search of one cold, cushioned surface, lips parted, pressing down, until they closed over taut ruched flesh. | Он скользнул щекой, приоткрытыми губами ниже по нежному прохладному телу в слепой, неодолимой тяге, и, наконец, губы нашли, сомкнулись вокруг тугого сборчатого комочка плоти. |
| His tongue lingered for a dazed minute, then his hands clutched in agonized pleasure on her back and he sucked, nipped, kissed, sucked.... The old eternal impulse, his particular preference, and it never failed. | Коснулся его кончиком языка, ошеломленно помедлил, с мучительной радостью вдавил ладони в спину Мэгги и между поцелуями опять и опять, как младенец, приникал губами к ее груди... извечная тяга, его излюбленное, самое верное наслаждение. |
