| "Cutting sugar cane." | - Рубить сахарный тростник. |
| "Cutting sugar cane? | - Да ведь это самая черная работа! |
| That's coolie labor" | На нее нанимаются китайцы! |
| "No, you're wrong. | - Ошибаешься. |
| Coolies aren't big enough to do it as well as the white cutters, and besides, you know as well as I do that Australian law forbids the importation of black or yellow men to do slave labor or work for wages lower than a white man's, take the bread out of a white Australian's mouth. | Китайцы малорослые, им с белыми в этом деле не сравниться, и потом, ты не хуже меня знаешь, по закону запрещено ввозить в Австралию негров и желтых для тяжелых работ и платить им меньше, чем белым, чтоб не отнимали кусок хлеба у белых австралийцев. |
| There's, a shortage of cutters and the money's terrific. | Так что рубщики наперечет и платят им здорово. |
| Not too many blokes are big enough or strong enough to cut cane. | Не у всякого парня хватает росту и силы для такой работенки. |
| But I am. | А у меня хватит! |
| It won't beat me!" | Я с чем хочешь справлюсь. |
| "Does this mean you're thinking of making our home in North Queensland, Luke?" | - Люк, разве ты хочешь, чтобы мы совсем переехали в Северный Квинсленд? |
| "Yes." | - Ну да. |
| She stared past his shoulder through the great bank of windows at Drogheda: the ghost gums, the Home Paddock, the stretch of trees beyond. | Мэгги смотрела поверх его плеча в огромные окна Большого дома, за окнами открывалась Дрохеда -призрачные эвкалипты, Главная усадьба, ряд деревьев по ее границе. |
| Not to live on Drogheda! | Не жить больше в Дрохеде! |
| To be somewhere Bishop Ralph could never find her, to live without ever seeing him again, to cleave to this stranger sitting facing her so irrevocably there could be no going back.... | Уехать куда-то, где епископу Ральфу ее уже не найти, никогда его больше не видеть, непоправимо, безвозвратно прилепиться к этому чужому человеку, что сидит напротив... Ее серые глаза вновь обратились на полное жизни, полное нетерпения лицо Люка и стали еще прекраснее, но и много печальнее. |
| The grey eyes rested on Luke's vivid, impatient face and grew more beautiful, but unmistakably sadder. He sensed it only; she had no tears there, her lids didn't droop, or the corners of her mouth. | Он все-таки почуял это, хотя не увидел ни слезинки, и она не опустила глаз, и не дрогнули, не опустились углы губ. |
| But he wasn't concerned with whatever sorrows Meggie owned, for he had no intention of letting her become so important to him she caused him worry on her behalf. | Но его мало трогало, какие там у нее горести, он вовсе не намерен был отвести для Мэгги в душе столько места, чтобы приходилось из-за нее тревожиться. |
| Admittedly she was something of a bonus to a man who had tried to marry Dot MacPherson of Bingelly, but her physical desirability and tractable nature only increased Luke's guard over his own heart. | Спору нет, она - немалый выигрыш для человека, который готов был жениться на Дот Макферсон из Бингелли, но как раз оттого, что она так прелестна и у нее такой кроткий нрав, Люк окончательно решил не впускать ее в сердце. |
| No woman, even one as sweet and beautiful as Meggie Cleary, was ever going to gain sufficient power over him to tell him what to do. | Ни одна женщина, пусть даже такая милая и красивая, как Мэгги Клири, не заберет над ним власть и не станет им командовать! |
