| It was very hot, but Bishop Ralph didn't mind the dry Athens air after Sydney's humidity. | Было очень жарко, но после влажной духоты Сиднея сухой зной Афин ничуть не тяготил епископа Ральфа. |
| Walking rapidly, as usual in boots, breeches and soutane, he strode up the rocky ramp to the Acropolis, through the frowning Propylon, past the Erechtheum, on up the incline with its slippery rough stones to the Parthenon, and down to the wall beyond. | Как всегда, в сутане, в бриджах и сапогах для верховой езды, он быстрым шагом поднимался по каменистой дороге в гору, к Акрополю, через хмурые Пропилеи, мимо Эрехтейона, еще выше, по камню, на котором скользила нога, к Парфенону и дальше, к остаткам ограждавшей Акрополь стены. |
| There, with the wind ruffling his dark curls, a little grey about the ears now, he stood and looked across the white city to the bright hills and the clear, astonishing aquamarine of the Aegean Sea. | Здесь, на вершине, где ветер развевал его черные, теперь уже с проседью на висках, кудри, он остановился и окинул взглядом белый город и за ним - залитые солнцем холмы и чистую, несравненную синеву Эгейского моря. |
| Right below him was the Plaka with its rooftop caf?s, its colonies of Bohemians, and to one side a great theater lapped up the rock. | У ног отца Ральфа лежала Плака с кофейнями на плоских крышах домов и колониями художников, сбоку, на скале, раскинулись ярусы громадного амфитеатра. |
| In the distance were Roman columns, Crusader forts and Venetian castles, but never a sign of the Turks. | Вдали виднелись римские колонны, крепости крестоносцев, венецианские замки, но ни единого следа турок. |
| What amazing people, these Greeks. | Поразительный народ эти греки. |
| To hate the race who had ruled them for seven hundred years so much that once freed they hadn't left a mosque or a minaret standing. | Надо ж было так ненавидеть тех, кто правил ими семь столетий подряд, чтобы, едва освободясь, бесследно стереть с лица земли все их мечети и минареты. |
| And so ancient, so full of rich heritage. | И какой древний народ, какое великолепное прошлое! |
| His Normans had been fur-clad barbarians when Pericles clothed the top of the rock in marble, and Rome had been a rude village. | Когда Перикл одел мрамором вершину этой скалы, норманны - его, Ральфа де Брикассара, пращуры - были еще дикарями в звериных шкурах, а Рим - просто-напросто деревней. |
| Only now, eleven thousand miles away, was he able to think of Meggie without wanting to weep. | Лишь теперь, на расстоянии одиннадцати тысяч миль, при мысли о Мэгги впервые к горлу не подступили рыдания. |
| Even so, the distant hills blurred for a moment before he brought his emotions under control. | Да и то вершины дальних гор на миг расплылись перед глазами, и он не вдруг овладел собой. |
| How could he possibly blame her, when he had told her to do it? | Как же мог он ее винить, ведь он сам сказал ей, чтобы она выходила замуж! |
| He understood at once why she had been determined not to tell him; she didn't want him to meet her new husband, or be a part of her new life. | И он сразу понял, почему она решила это от него скрыть: не желала, чтобы он встретился с ее мужем, стал причастен к ее новой жизни. |
| Of course in his mind he had assumed she would bring whomever she married to Gillanbone if not to Drogheda itself, that she would continue to live where he knew her to be safe, free from care and danger. | Он-то прежде воображал, что она, выйдя замуж, поселится если не в самой Дрохеде, так в Джиленбоуне, будет и впредь жить неподалеку, и он будет знать, что она жива и здорова, ни в чем не нуждается и ничто ей не грозит. |
