| Her chest began to heave; he wrapped his arms closer about her and murmured inarticulate endearments. | Грудь ее судорожно сотрясалась, словно от рыданий; он обнял ее крепче, невнятно забормотал какие-то ласковые слова. |
| Suddenly her head went back, her mouth opened in a long, agonized wail, and became peal after peal of uproarious laughter. | Вдруг Джастина откинула голову, жалобно простонала и закатилась громким, заливистым, неудержимым смехом. |
| And the more limply furious he got, the harder she laughed, pointing her finger helplessly toward the foot of the bed, tears streaming down her face. | И чем бессильней злился растерянный, взбешенный Артур, тем отчаянней она хохотала, хохотала до слез и только слабо показывала пальцем на зеркало в ногах кровати. |
| Her whole body was convulsed, but not quite in the manner poor Arthur had envisioned. | Все тело ее содрогалось - но, увы, несколько по-иному, чем предвкушал злосчастный Артур. |
| In many ways Justine was a lot closer to Dane than their mother was, and what they felt for Mum belonged to Mum. | Во многих отношениях Джастина была гораздо ближе Дэну, чем мать, но то, что оба они чувствовали к матери, оставалось само по себе. |
| It didn't impinge upon or clash with what they felt for each other. | Чувство это нисколько не мешало и не противоречило тому, что связывало брата и сестру. |
| That had been forged very early, and had grown rather than diminished. | То, другое, соединило их очень рано и прочно и с годами только крепло. |
| By the time Mum was freed from her Drogheda bondage they were old enough to be at Mrs. Smith's kitchen table, doing their correspondence lessons; the habit of finding solace in each other had been established for all time. | Когда Мэгги освободилась наконец от работы на выгонах, которая годами не давала ей ни отдыха ни срока, дети уже подросли настолько, что учились писать за кухонным столом миссис Смит, а поддержку и утешение навсегда привыкли находить друг в друге. |
| Though they were very dissimilar in character, they also shared many tastes and appetites, and those they didn't share they tolerated in each other with instinctive respect, as a necessary spice of difference. | Характеры у них были очень разные, но немало общих вкусов и склонностей, а когда они во вкусах расходились, то относились к этому терпимо: чутье подсказывало уважать странности другого и даже ценить несходство, иначе друг с другом стало бы, пожалуй, скучновато. |
| They knew each other very well indeed. | Они отлично изучили друг друга. |
| Her natural tendency was to deplore human failings in others and ignore them in herself; his natural tendency was to understand and forgive human failings in others, and be merciless upon them in himself. | Для Джастины было естественно осуждать изъяны в других и не замечать их в себе, для Дэна же естественно понимать и прощать чужие изъяны, но беспощадно судить свои. |
| She felt herself invincibly strong; he knew himself perilously weak. | Джастина в себе ощущала непобедимую силу, Дэн себя считал безнадежно слабым. |
| And somehow it all came together as a nearly perfect friendship, in the name of which nothing was impossible. | И каким-то образом из всего этого родилась едва ли не идеальная дружба, та, для которой нет на свете невозможного. |
| However, since Justine was by far the more talkative, Dane always got to hear a lot more about her and what she was feeling than the other way around. | Но Джастина была куда разговорчивей, а потому Дэн узнавал про нее и про ее чувства гораздо больше, чем она - про него. |
