| But he was no ordinary man, even if he was a layman. | Но это был не совсем обыкновенный человек, хотя и не священник. |
| They probably had a little house rule in the Vatican, continued Justine's unruly mind, which specifically barred ordinary men. | Наверно, у них тут в Ватикане есть еще и такой порядок, мелькнуло в беспорядочных мыслях Джастины, что заурядным людям сюда доступа нет. |
| Not exactly short, he was so powerfully built he seemed more stocky than he was, with massive shoulders and a huge chest, a big leonine head, long arms like a shearer. | Этот не то чтобы мал ростом, но на редкость крепкого сложения и потому кажется более коренастым, чем есть на самом деле: могучие плечи, широкая грудь, крупная львиная голова, руки длинные, точно у стригаля. |
| Ape-mannish, except that he exuded intelligence and moved with the gait of someone who would grasp whatever he wanted too quickly for the mind to follow. | Что-то в нем обезьянье, но весь облик дышит умом, и по движениям и походке чувствуется - он быстрый, как молния, если чего-то захочет, тотчас схватит, опомниться не успеешь. |
| Grasp it and maybe crush it, but never aimlessly, thoughtlessly; with exquisite deliberation. | Схватит и, может быть, стиснет в руке и раздавит, но не бесцельно, не бессмысленно, а с тончайшим расчетом. |
| He was dark, but his thick mane of hair was exactly the color of steel wool and of much the same consistency, could steel wool have been crimped into tiny, regular waves. | Кожа у него смуглая, а густая львиная грива - в точности цвета тонкой стальной проволоки и, пожалуй, такая же на ощупь, если стальную проволоку, пусть самую тонкую, можно уложить аккуратными мягкими волнами. |
| "Rainer, you come in good time," said Cardinal Vittorio, indicating the chair on his other side, still speaking in English. | - Вы как раз вовремя, Лион, - сказал кардинал Витторио все еще по-английски и указал вошедшему на кресло по другую руку от себя. |
| "My dear," he said, turning to Justine as the man finished kissing his ring and rose, "I would like you to meet a very good friend. Herr Rainer Moerling Hartheim. | - Дорогая моя, - сказал он Джастине, когда тот поцеловал его перстень и поднялся, -познакомьтесь, это мой близкий друг, герр Лион Мёрлинг Хартгейм. |
| Rainer, this is Dane's sister, Justine." | Лион, это Джастина, сестра Дэна. |
| He bowed, clicking his heels punctiliously, gave her a brief smile without warmth and sat down, just too far off to one side to see. | Хартгейм церемонно поклонился, щелкнув каблуками, коротко, довольно холодно улыбнулся Джастине и сел поодаль, так что она со своего места не могла его видеть. |
| Justine breathed a sigh of relief, especially when she saw that Dane had draped himself with the ease of habit on the floor beside Cardinal Ralph's chair, right in her central vision. | Джастина вздохнула с облегчением; вдобавок, по счастью, Дэн с привычной непринужденностью опустился на пол возле кресла кардинала де Брикассара, как раз напротив нее. |
| While she could see someone she knew and loved well, she would be all right. | Пока она видит хоть одно знакомое, а тем более любимое, лицо, ей ничего не страшно. |
| But the room and the red men and now this dark man were beginning to irritate her more than Dane's presence calmed; she resented the way they shut her out. | Однако эта комната и люди в красном, а теперь еще и этот, смуглый и хмурый, начинали ее злить куда больше, чем успокаивало присутствие Дэна: отгородились от нее, дают знать, что она здесь чужая! |
