– Вот так-то лучше, – кивнула мышка. – А то сразу слёзы и всякие капризы. Лети за мной, я напою тебя чаем и дам чистый носовой платок.
А Татти тем временем шла по тёмным дорогам парка.
Она посасывала порезанный о стекло палец и немного прихрамывала, потому что одна нога была у неё босая, а на другой был надет башмак. Скоро ей это надоело. Она сняла башмак, завязала его в передник и пошла босиком.
Дорожка кончилась. Татти увидела высокую ограду парка.
За оградой была улица.
Татти слышала голоса людей. Их шаги. Кто-то проскакал верхом на лошади. Подковы звонко стучали по камням.
– Мама, дай мне хлебушка, – сказал чей-то детский сонный голос.
– Вот придём домой, я дам тебе и хлеба, и супа! – ласково ответил женский голос.
Татти тоже очень захотелось есть.
Перед её глазами проплыла миска с супом. Пар над ней был как парус. Рядом, как маленькая лодочка, покачивался кусок хлеба. Татти вздохнула и погладила живот.
Татти вскарабкалась на ограду и села, опустив вниз ноги. Здесь было светлее. Из окон на мостовую падали жёлтые квадраты света.
По улице шли люди. Мать несла на руках спящего мальчишку. Маленькая рука свесилась и сонно болталась, как маятник.
Здесь всё было понятно Татти.
Худая девочка вела по улице корову. Корова шла медленно, и если бы не колокольчик на её шее, она, наверно, уснула бы посреди улицы.
Двое мужчин в холщовых куртках остановились недалеко от Татти.
– Они там! – негромко сказал один из них и показал рукой на Чёрную Башню.
– Их держат в каменной башне, как воров и убийц, только за то, что они честные люди, – сказал другой.
Татти увидела поднятое кверху молодое лицо. Она увидела мрачные глаза и сдвинутые брови.
– Тише! – шепнул первый и дёрнул второго за рукав. – Здесь повсюду невидимые уши…
Мужчины пошли дальше.
«Может быть, мне надо было спрыгнуть к ним? – подумала Татти. – Обо всём им рассказать. Но только что они могут? Нет, я должна сама…» Татти соскочила с ограды и пошла в глубь парка.
Деревья во мраке шумели громче, будто здесь они не боялись говорить то, что думают.
Дорожка кончилась. Татти пошла в темноту по скрипящей от росы холодной траве.
«Я так всё хорошо придумала… – На Татти накатило отчаяние, сердце сжалось от тоски. – Куда я иду, зачем? Мне же теперь не пробраться снова во дворец. Мои братья… Всё погибло…»
– Мне давно пора спать… Мне давно пора спать… – кто-то сонно прожужжал над ухом Татти. Маленькая пчёлка опустилась ей на плечо. – Светлячки, милые светлячки, зажгите ваши огоньки, осветите всё вокруг. Вы должны помочь этой девочке. Так сказала госпожа Круглое Ушко! А мне пора спать, спать…
На длинной травинке вспыхнул сияющий дрожащий огонёк.
– Знать не знаю никакую госпожу Круглое Ушко, – сердито отозвался светлячок. Обиженно мигнул и погас.
– А ещё вас просил об этом дядюшка Лесной Гном! – еле слышно прожужжала пчёлка. – Ой, я сейчас засну прямо на лету.
– Дядюшка Гном! Дядюшка Гном! Это другое дело! – послышалось из травы множество негромких голосов. И будто в траву бросили горсть сверкающих драгоценных камней. Маленькие мерцающие огоньки окружили Татти.
– Только бы мне не уснуть, пока я вам всё не расскажу, – заплетающимся голосом проговорила пчёлка. – Так вот, слушайте…
Был поздний вечер. Невидимые стражники Горчица и Чёрный Перец охраняли вход во дворец. От скуки стражники играли в подкидного дурака. Двери они надёжно заперли, из сада не доносилось ни звука. Правда, играть в подкидного дурака было очень трудно, потому что карты становились невидимыми, как только стражники брали их в руки. Зато стоило им только услышать шаги начальника королевской стражи, Горчица быстро сгребал с пола все карты, и начальник стражи, пробормотав: «Молодцы, молодцы, так дальше и сторожите…», проходил мимо.
Но без двадцати или без пятнадцати девять случилось вот что.
Чей-то маленький крепкий кулачок весело и твёрдо постучал в дверь. Стражники вскочили. Карты, кружась, посыпались на пол.
– Кто это? Кто там может быть? – испуганно прошептал Чёрный Перец.
– Ну, чего ты, чего ты? Наверное, кто-нибудь из министров. Ведь сегодня бал в честь новых колпаков-невидимок, которые скоро будут готовы, – успокоил его Горчица. – Открой дверь. Только, как положено, сначала спроси: «Кто там?»
– Кто там? – закричал Чёрный Перец, вытягивая шею.
Ответ был ошеломляющий.
– Это я, принцесса! – ответил звонкий голос. И кулак снова громко и требовательно постучал в дверь.
Стражники замерли на месте. Они были потрясены.
– Эй, дураки, откройте немедленно! – опять послышался звонкий голос. – Ну что вы там стоите? Вот я скажу своему папочке, и он отрубит вам головы!
– Про папочку заговорила! – ахнул Чёрный Перец и бросился к двери. – Это она, принцесса!
Но Горчица схватил его за невидимый рукав.
– Постой, постой! – прошептал он. – А вдруг это опять та девчонка? А? Давай откроем дверь и обнюхаем её хорошенько. Если что не так – хватай сразу. Ты – слева, я – справа. Если это она, так нам ещё мешок золота отвалят.
– Точно! – прошептал Чёрный Перец. – Нас ещё наградят, если мы поймаем девчонку.
