Затем отправил заявку вместе с презентацией в компании
Ни единого ответа.
– Да ладно! – сказала Хелен на его недоумения по поводу такого глухого молчания. – У меня, в отличие от тебя, конечно, нет крутого диплома MBA, но даже я в курсе, что эти рассылки вслепую вообще не работают! Надо задействовать личные контакты.
То же говорил интернет-преподаватель. Используй личные контакты, профессиональные связи, краудфандинг. Но предупреждал учеников, что краудфандинг работает только, если ты заметная фигура в интернете. Сергей в интернете фактически виртуально отсутствовал. И у него не было никаких личных контактов.
– Да брось! Какие-нибудь друзья по бизнес-школе? – спрашивала Хелен.
Сергей качал головой. Он не поддерживал отношений ни с кем из бывших одногруппников.
Лежа в постели, с Геббельсом в ногах, Сергей прикидывал, какие еще у него могут быть личные контакты. Семь лет он проработал в крупных банках и инвестиционных компаниях, но контактировал он там разве что с начальниками, которые его и увольняли и которые считали, что ему недостает “навыков, энергии, драйва”. Вадик мог бы помочь, но они не разговаривали. Были еще Боб и Регина, но Боб его всегда недолюбливал, а вынести очередное унижение от Регины, которая после разрыва с Викой избегала его как зачумленного, он не в состоянии.
Еще была Седжян. Она предложила познакомить его с отличным инвестором, но просить Седжян неловко до безобразия. Сергей все еще жутко злился на себя за то, что втравился в этот нелепый, жалкий роман по скайпу. Он не скучал по Седжян, но скучал по Вадику. Раньше им не случалось не говорить больше пары дней. То и дело, листая фейсбук, Сергей посматривал в правую колонку, видел зеленый кружок напротив Вадика, и его подмывало написать что-нибудь в чате. И всякий раз так и не решался.
Единственный бизнес-контакт Сергея остался с университетских времен – его бывший одногруппник Алексей Кузмин. Судя по фейсбуку, он недавно переехал в Нью-Джерси и участвовал в какой-то сомнительной предпринимательской затее. После выпуска они виделись-то всего несколько раз, но Кузмин часто затевал с Сергеем чаты на фейсбуке, главным образом для того, чтобы похвастать своими страшно богатыми друзьями в России и Америке.
Сергей начал с Кузмина. Позвонил, выдержал пустую болтовню о здоровье и семье. Кузмин поинтересовался его “исключительно привлекательной женой”, выразил сожаление, что они расстались. Потом сообщил, что по-прежнему живет с первой женой, хотя мог бы позволить себе кого помоложе и покраше. “Наверное, это и есть любовь, дружище”, – заметил он. “Наверное”, – ответил Сергей. Потом Сергей рассказал о своем приложении. Вика велела ему быть осторожнее – опасалась, что кто-нибудь украдет идею. То же говорила и Хелен. Он считал, что у них паранойя, но Кузмин и вправду был мутный, поэтому Сергей старался излагать как можно туманнее.
– Хм, – произнес Кузмин, – виртуальное бессмертие, а? И ты, значит, ищешь инвесторов?
Сергей ответил, что да.
– Я подумаю и перезвоню. Не сомневайся, дружище, я железно перезвоню.
Сергей понял, что Кузмин больше не появится.
Сделал над собой неимоверное усилие и написал Седжян. Получил быстрый, короткий деловой ответ. Да, она с радостью представит его своему хорошему другу Джеймсу Киско.
Сергей забил имя в гугл и обнаружил, что Джеймс Киско был среди первых инвесторов
Сергей попросил Хелен и Тину прорепетировать с ним презентацию, потому что сомневался в произношении некоторых слов.
– Ты такой красивый, когда все это говоришь, – восхитилась Хелен после его первой попытки. – Тина, скажи, ну просто вылитый Грегори Пек?
– Кто? – переспросила Тина.
– Грегори Пек. Который “Убить пересмешника”.
– А, да! – сообразила Тина. – Похож. Такой невысокий еврейский Грегори Пек.
– Тина!
Сергей уже был готов, что Тина обзовет его каким-нибудь Грегори Пекарем, но обошлось.
Презентацию он в результате зачитал им четыре раза, пока Хелен и Тина не согласились наконец, что “справился”. Может, им просто надоело снова и снова слушать одно и то же? А даже если и вправду “справился”, что если нелепа сама идея? Теперь, когда настала пора выпустить приложение в большой мир, Сергея все больше одолевали сомнения.
Тина сказала, что ей оно нравится. Жутковатое, но довольно прикольное. Хелен была настроена более скептически. Она считала, что мертвые не должны обретать ни виртуальную жизнь, ни контроль над нею.
– Ты бы предпочла, чтобы все следы человека стирались с концами? – спросил Сергей, памятуя о мерзкой реакции Вадика.
